— Все под рукой, так сказать.
— Исключено, — вмешался Катков. — Никаких следов крови, мы там не нашли. К тому же, не было там ни специальных инструментов, скальпеля, или особо острого ножа, ни подходящего помещения, чтобы отравить человека угарным газом. В любой гостиной, Федор, это сделать не получится. Я согласен с Никитой Егоровичем, у Савченко есть запасной «аэродром». Вот там и найдем улики.
— Нужно только установить местонахождение этого аэродрома, — одобрительно крякнул шеф.
— Возможно, Савченко там сам сейчас и находится, — предположила Света.
— Нет, мне кажется, что он из города лыжи навострил, — возразил Горохов.
— Это вряд ли… — произнесла Психологиня, постукивая ноготочками по столу. — Он психопат. У него навязчивая цель, как можно достаточно твердо предположить — собрать человеческое тело, — тут Света кивнула в мою сторону. — Он будет продолжать идти к ней во чтобы то ни стало. Если он этого не сделает, то будет думать, что проиграл, а он считает себя победителем.
— Вот что ты из него Наполеона делаешь, Светлана Валерьевна, — хмыкнул шеф с сомнением.
— Я просто нарисовала его психологический портрет, это факты.
Горохов нахмурился, видя, что она от своей мысли не отступает:
— Думаешь, убийства продолжатся?
— Скорее всего, — кивнула Света.
— Так ведь он может заниматься сборкой своего «Франкенштейна» в любом другом городе, — не сдавался Горохов. — Тут для него опасно, мы все перекрыли: на вокзалах дежурят скрытые патрули в штатском, у каждого сотрудника есть его фото, спасибо коллегам из исправительного учреждения, оперативно предоставили выписку из его личного дела и фото, которые криминалисты еще ночью размножили.
Но Психологиня нисколько под этим напором не смутилась.
— Вот вы и сами ответили на свой вопрос, Никита Егорович, — улыбнулась Света. — Обложили его.