Ой, врет-то! И никакого наследства она пока не получила, и приехала, чтобы меня поймать, и вообще…
– Должен вас огорчить, – вежливо сообщил полковник, – никакой ошибки нет, мы приехали именно к вам. Очень удачно, что вы оказались на месте преступления.
– Какого преступления? – Казалось, Вдова и правда удивилась.
– Больше двадцати лет назад на этой фабрике погибли двадцать четыре человека, и вы…
– О чем вы говорите? Какое отношение это имеет ко мне?
– Не притворяйтесь, гражданка Реут, – строго сказал полковник, – не стоит считать людей глупее себя.
– Ну и что? При чем тут какие-то покойники? Где они? Вы их нашли?
– Мы обязательно их найдем, все тут осмотрим и найдем!
– Ну, бог вам в помощь, а пока… – Вдова повернулась, чтобы уйти.
– Стойте! – вмешалась я в разговор. Уж очень нагло выглядела эта стерва, к тому же рот мой был полон крови, и зуб шатался. – Пожалуй, я смогу вам помочь, так быстрее выйдет. Сейчас один человек укажет точное место захоронения.
Если бы можно было убивать взглядом, то я умерла бы на месте после того, как Вдова на меня посмотрела. Только теперь ее взгляд не произвел на меня особого впечатления, уж очень я была зла. Опять-таки эти ребята не дадут меня в обиду.
Я отошла в сторонку и крикнула:
– Витя-а!
Полковник посмотрел на меня удивленно, Вдова презрительно скривилась, Петрович, которому кто-то в суматохе подбил левый глаз, только хмыкнул.
– Витя-а! – снова крикнула я, повернувшись в другую сторону.
И снова молчание было мне ответом. Вдова смотрела с неприкрытым злорадством, полковник хмурился.
И тут из-за разросшихся кустов у забора появилась собака. Большая лохматая дворняга с проплешиной на боку. Одно ухо у нее висело, второе победно торчало вверх, глаза были разного цвета.
Собака подозрительно оглядела всех присутствующих, но все же направилась ко мне.
– Друг! – обрадовалась я. – Дружок, дорогой, а где же Витя?
Пес посмотрел удивленно: не знаешь, что ли, Витиных привычек? Он людям ни за что не покажется…"
"– Он тут очень, очень нужен! – Я наклонилась и прошептала эти слова собаке на ухо, стараясь не показывать, что ее густопсовый запах, мягко говоря, не слишком приятен.
Пес поднял голову и взглядом выразил сожаление – ничего, мол, не могу сделать. Краем глаза я заметила на лице полковника неудовольствие, а Вдова просто смотрела с издевкой.