– Уж поверь – я такие вещи чувствую! А самое главное, я слышала, что он ей сказал: незачем тебе сюда приезжать!
– Слышала? Как ты это могла услышать? Они же на соседнем участке разговаривали.
– Именно что на соседнем. А у нас слышимость очень хорошая. Я возле забора листья сгребала, а они по другую сторону разговаривали… То есть она в дом зайти не успела, он к ней сам выскочил, ну и стояли они в укромном месте, за кустами.
– Постой! Ты же говорила, что наверху была, в мансарде.
– Ага, была наверху, а когда она приехала – спустилась…
– И сразу к забору?
– Ну да, листья сгребать… знаешь, сколько уже листьев нападало? Это просто ужас!
– Листья! – протянула я насмешливо.
– Ну да. – Она прищурилась. – Так будешь слушать, о чем они говорили?
– Буду, конечно… извини…
– В общем, он ей так недовольно сказал – зачем приехала? Ты же знаешь, что тебе сюда приезжать не нужно!
– А она?
– А дальше я не слышала, – с сожалением ответила Марго.
– И это все? – разочарованно протянула я.
– Все…
– И больше она не появлялась?
– Еще один раз приезжала, вчера днем. Так же машину в стороне оставила, пешком подошла. Только никого не застала – Вадима твоего дома не было, и Михайловна в магазин ушла. Она ходит медленно, пока добредет, пока там посидит, поговорит, пока обратно – полдня пройдет. Так что эта женщина возле ворот недолго постояла, калитку-то Михайловна запирает…
– И ушла?
– Ну да, только сперва записку в почтовый ящик положила.
– Записку? Какую записку?
– А вот эту, – и Марго протянула мне сложенный вдвое, измятый и запачканный листок бумаги.
Я уставилась на нее в безмолвном изумлении:
– Как же эта записка оказалась у тебя, если она ее опустила в почтовый ящик?
– Да ты что вообще подумала? – проговорила Марго возмущенно. – Что я в чужой ящик влезла?!
– А что еще я могла подумать? Как иначе эта записка оказалась у тебя?
– Да очень просто! Этот ящик очень старый, весь рассохся и потрескался, так что записка из него выпала.
– Только сначала я ее прочту!
– Ладно уж.