– Если мы опять выйдем к пещере, я начну выть и всех кусать, – задыхаясь, сказал Артур.
– Себя за задницу укуси, – предложил ему Костя и закашлялся."
"Между тем свет становился ярче, и вскоре они оказались в крохотной каморке, чуть больше палатки.
От увиденного у Тимы захватило дыхание.
– Да-а-а, – протянул Дильс.
Тух-Тух тактично молчал, предоставляя ему самому все оценить и сделать правильные выводы.
– Даже если мы ничего не найдем, я беру свои слова назад, – промолвил Дильс.
Остальные тоже молчали, поскольку увиденное было куда более захватывающим зрелищем, нежели светящиеся сталактиты.
Он зубами впился в решетку. Причем так, что Тух-Туху пришлось применить изрядную силу, чтобы отлепить череп, и то на прутьях остались осколки желтых зубов.
– Как вам это, господа? – тихо сказал норвежец, осторожно кладя череп на землю. Затем толкнул решетку ногой. Она даже не шелохнулась. Тима увидел, что на ней не было ни замка, ни «личинки» для ключа, просто голая решетка, как окошко в тюремной камере.
– Кому и зачем понадобилось делать под землей решетку? – спросил Антон растерянно.
– Потому что клад – там, – объяснил устало Тух-Тух. – Поздравляю вас всех. Мы почти у цели.
– Почти не считается, – выдал прописную истину Костя, кусая от волнения губы.
– Придется заняться ею завтра, – сказал Дильс. – Уже поздно, все вымотались. Да и решетку эту не сломать голыми руками.
Возражений не было, все понимали, что слова Дильса справедливы, как бы ни велико было желание проникнуть вглубь прямо сейчас.
Они направились обратно.
– Фамилия, имя, отчество… – бубнил ничего не выражающий голос. – Год рождения… место проживания…
Лана, приподнявшись на кровати, старалась отвечать твердым и уверенным голосом, чтобы у этих хмурых людей в штатском не возникло ни малейшего подозрения, что она что-то недоговаривает. Кроме того, рядом сидела ее мама, Людмила Васильевна, что в значительной степени ободряло девушку.