Нахмурился, но при них ничего делать не рискнул, закончил чтении: — Покинуть города повелевается в до захода солнца, в противном случае вы будете подвергнуты аресту и тюремному заключению.
Он снова протер лоб платком, непонятно как оказавшимся у него в руке, убрал его в карман. Видно жарко в мантии летом, но, похоже, она была частью формы, которую он снять не мог на задании.
Запал Ленайры после этого происшествия пропал. Она долго провожала взглядом телегу, после чего попробовала возобновить экскурсию, но уже без огонька.
— Что случилось? — спросил Лешка, когда сумел ненадолго остаться с ней наедине.
— Я его знаю.
— Этого Арчибальда… как там его…
— Розн. Арчибальд Розн. Встречалась несколько раз на приеме во дворце. И меня представляли ему на мое совершеннолетие на балу во дворце. Министр… теперь уже бывший… транспорта и дорог…
— И что?
— Я слышала он нем только хорошее. Один из немногих про кого можно сказать, что он не берет взяток. Но он креатура одного из тех, кого убирали при чистке…
— Думаешь, он не виноват?
Ленайра глянула на приятеля, отвернулась.
— Не знаю. Лес рубят, щепки летят, Леша.
Продолжить им не дали, подъехали остальные, закончив осмотр памятника первому императору. Ленайра взяла себя в руки, Лешку порой поражало это умение подруги вести себя как ни в чем ни бывало в любой ситуации, даже если знал, что ей очень плохо, не смог бы понять этого по поведению или внешнему виду. Вот и сейчас, собравшись, она провела всю экскурсию так, что заставила всех забыть то неприятное происшествие, свидетелями которого они все стали.
"О том, что Ленайра не забыла о произошедшем Лешка понял уже в особняке, куда они вернулись с прогулки. Заметив, как девушка что-то быстро пишет за стойкой секретера, он замер невдалеке и пронаблюдал, как она подписывается, после чего скатывает пергамент в трубочку и запечатывает сургучом. Прижимает печать. А вот когда двинулась к выходу не заметить Лешку она не могла. Вздрогнула, едва не выронив письмо.
Лешка кивнул на свиток у нее в руке.
— Пергамент, не бумага, печать сургучная, не чернильная. Если я правильно помню правила этикета, которые вдалбливали нам учителя, нанятые твоим дедом, то это какое-то официальное письмо.
Ленайра вздохнула.
— Напугал же. Да. Написала Дерчу.
— Официальное письмо? В обход деда? Ну-ну. Ты же не веришь в вину этого Арчибальда, так?
Ленайра отвернулась. Вздохнула.
— Я не слышала про него ничего плохого.