– Что значит, ты «разрушил» свою семью? – растерялась она."
"– После того, как нас изгнали, я чувствовал себя ужасно несчастным. Изолированным. Отца вечно не было дома, он ездил к тем, кто оказывал ему поддержку, а мать так глубоко погрузилась в собственные страдания, что никого вокруг не замечала. Я говорил тебе, что вылил все ее запасы алкоголя, потому что пытался помочь ей. Но… на самом деле все было не так. Я сделал это, потому что хотел привлечь ее внимание. Меня не заботила ни она, ни ее счастье. Я думал только о собственных бедах, для меня имело значение только то, что я хотел.
– Но ты не должен винить себя. Ты был еще подростком. И если она выпивала…
– Я принял решение, – не стал слушать ее Энцо. – И оно окончательное.
На ее глаза набежали слезы.
– Но… я люблю тебя, Энцо.
На его лице промелькнуло что-то похожее на мучительную боль, а затем он разжал руки и отпустил ее.
– Именно поэтому мне придется отпустить тебя.
Энцо казалось, что кто-то обхватил его сердце рукой и сжимал со всей силы. Он едва мог дышать.
Она любила его. Господи, ну почему это было похоже на самое худшее предательство?
Матильда стояла перед ним в простеньких джинсах и футболке, но все равно сияла, словно солнышко. Ее восхитительно пламенеющие волосы были собраны в небрежный пучок, а белоснежная кожа притягивала взгляд, вызывая у него желание притянуть Матильду к себе и прильнуть к ее губам.
Но ее глаза потемнели, словно грозовые облака, и он видел в них боль.
– Почему? – хрипло спросила она. – Почему любовь имеет такое значение?
– Потому что, – сжал руки в кулаки Энцо. – Потому что любовь подразумевает, что ты хочешь от меня большего, а я не могу тебе дать этого. – Он судорожно вздохнул. – И никогда не смогу.
Она медленно покачала головой:
– Я не просила тебя о большем. Я ведь сказала, что хочу тебя таким, какой ты есть. И это правда.
– В этом все дело, радость моя. Я не хочу, чтобы ты любила меня таким, какой я есть. – Он пытался уменьшить растущую в нем боль, сделать себя нечувствительным. – Я не достоин этого. Я эгоист и привык манипулировать другими. А еще я несгибаемый и жестокий. И я не хочу меняться. И не изменюсь.
По ее щеке скатилась слеза, оставив после себя серебристую дорожку, и ему показалось, что его сердце превратили в кровавое месиво.