Трусость моджахедам практически неведома, но это вовсе не означало, что они бездумно пойдут на убой, забыв про инстинкт самосохранения. Всё они прекрасно понимали, но слишком долго думали. Не было там толкового командира.
А потом меня все же заметили — вокруг засвистели пули. Одна из них чиркнула по бедру, царапнув кожу. Неприятно, но ерунда.
Со стороны упавшего вертолёта тоже перестали стрелять. Вероятно, они не поняли — какого чёрта духи вдруг развернулись и принялись бить в обратном направлении… Кого?
Кружившие сверху Ми-24 сесть здесь не смогли, отлетели дальше и искали место для посадки чуть севернее.
Ещё одна брошенная мной граната вывела из строя сразу двоих — те как раз намеревались обойти меня чуть ниже по тропе. Как-то само собой, всего через пару минут, оказалось, что воевать уже и не с кем. Оставшиеся духи бежали.
Безусловно, это хорошо… Однако тут же возникла другая проблема — меня самого могут легко подстрелить свои же, потому что внешне я выгляжу как душман.
Ну и ситуация, блин… Я знал о подобном. Было, проходили.
Однако, сейчас время другое. Как же мне тогда рассчитывать на возможную эвакуацию?
Ми-24 долго кружить тут не будут, пока один прикрывает, второй сядет, чтобы забрать экипаж и пассажиров упавшего Ми-8. Я высунулся из-за камней и заметил, как один из «крокодилов» завис в метре от земли, чуть подальше на более-менее ровном месте. К нему бежали люди, тащили с собой какой-то ящик. Я насчитал шестерых.
Черт возьми! Они же сейчас улетят без меня!
Это хреновый расклад, меня такой исход совершенно не устраивал."
"— Эй! — сколько было сил, заорал я, выбравшись из-за укрытия. Пользуясь рельефом местности, я бросился к вертолёту. Тридцать секунд — проник на их позиции — всё было засыпано пустыми гильзами, кое-где была кровь. Людей не было. Из вертолета достали какие-то ящики — все они стояли с открытыми крышками и были пусты.