У меня же ушло не меньше десяти минут, прежде чем двигатель начал подавать признаки жизни."
"Выбравшись на дорогу, отправляемся в противоположном Рэнху направлении. Вроде идём не по основному тракту и полиции здесь быть не должно. Но нервы всё равно на пределе. Когда позади слышится стук копыт, моя первая мысль — по нашу душу снова явились конные ""мундиры"". Даже успеваю опустить руку на оружие. Но оглянувшись, понимаю, что это всего лишь крестьянская телега, которой правит седой дедок. Поравнявшись с нами, машет рукой.
— Запрыгивайте, бедолаги. Пешком вы до Кобуса будет ещё часа два идти, ноги все сотрёте.
Переглянувшись с Эмили, благодарю деда и мы забираемся на телегу, забитую овощами. Возница оказывается неожиданно словоохотливым.
— Вот, остатки прошлого урожая везу. В Рэнх то путь заказан — там за всё деньги дерут. В город въезжаешь, заплати. На рынке с телегой встал, заплати. Инспектору их чего-то там не понравилось, тоже заплати. Задрали, хуже рицера, морсаровы дети!
Подняв кулак, грозно им размахивает, показывая, как бы отделал всех перечисленных им ""вымогателей"".
— Вы сами то кто? Девка я гляжу у тебя хороша, парень. Даром, что головёнка лысая, зато сиськи вон какие. Да и внизу, значитца с волосами проблем нет.
Глянув на меня, пожимает плечами.
— Чего смотришь так? Я человек старый — могу говорить, что думаю и особенно не бояться. А на сиськи и жопы поглазеть, это считай всё развлечение на старости лет. На тебя посмотрю, когда семьдесят годков стукнет.
Несмотря на относительно грубые слова, тон у него добродушный. Да и подобрал он нас, даже не спросив про оплату.
— Проездом мы тут. Ищем пародилижанс, чтобы дальше отправиться.
Старик с интересом косится на меня.
— Девка то непростая. Дорогого стоит. А на дирижабль денег стало быть нет?
— Были дед. Да кончились. Так что теперь ищем, что подешевле.
Тот задумчиво жамкает губами.
— Это да. Экономия — она завсегда нужна. Раз так — в Кобусе что-то, да найдёте. Там то ярмарки, то ещё что — люди туда-сюда постоянно ездят.
С некоторым облегчением выдыхаю. Если он прав, значит есть шанс отыскать транспорт почти сразу.
С дедом приходится болтать всю дорогу. О женщинах, деньгах, политике, налогах и тяжести крестьянского быта. Ещё он постоянно косит глаза на распахнутый верх рубашки Эмили, что к конце пути уже начинает слегка раздражать. Когда мы наконец оказываемся на окраине небольшого городка, испытываю чувство лёгкого облечения.