– У тебя в этом доме прав не многим больше, чем у этой… – Подбородком он указал на Клавдию, которая с задумчивым видом разглядывала узор на персидском ковре и выглядела совершенно невозмутимой.
– Отчего же? – Мириам затянулась сигаретой и выпустила в сторону Тихона тонкую струйку дыма. – У меня в этом доме прав столько же, сколько и у Таси, твоей матушки.
– Не сравнивай! – взвизгнула Таис. – Кто ты вообще такая? Ты пустобрюхая, худосочная стерва! А я родила Луке Демьяновичу наследников! Двух наследников!
– Поистине невероятное достижение, Тася! – Если Мириам и оскорбилась, то виду не подала.
– …Он хотел все переделать! – Заговорила молчавшая все это время Элена. – Лука Демьянович переписал завещание.
– Вот это новости! – Демьян посмотрел на неё с нескрываемым интересом.
– И где это новое завещание? – спросила Акулина, нервно закуривая папироску.
– Оно здесь! – Элена похлопала ладонью по лежащей на диване дамской сумочке. – Я нашла его… – она осеклась.
– Ты нашла его, когда рылась в дедовом письменном столе! – припечатала Акулина.
Элена посмотрела на неё с ненавистью, но ничего не ответила.
– Что там? – Таис всколыхнулась телесами и нервно обмахнулась веером. – Что в этом новом завещании?
– Что бы там ни было, оно не действительно, – сказал Гера, пялясь в экран своего телефона. – В противном случае тот унылый дядька огласил бы именно его.
– Оно было бы действительно, если бы Лука Дмитриевич успел его подписать. – Элена вытащила из сумочки скрученные в трубочку листы бумаги, помахала ими в воздухе. – И здесь, в этом новом завещании, кое-кого нет!
Взгляд её сделался одновременно победным и осуждающим.
– И кого ж там нет? – спросил Демьян.
– Дай сюда! – Тихон требовательно протянул руку, и Элена безропотно вложила листы в его ладонь, а потом сказала, не скрывая злорадства: – В этом новом завещании нет Мириам и Клавдии!
– Что и требовалось доказать! – Таис победно щелкнула веером.
– Что и требовалось доказать, – повторил вслед за маменькой Тихон. – Перед самой смертью дед разобрался, кто есть кто.
– Вот только завещание изменить так и не успел, – сказала Мириам, наливая себе ещё виски.
– Или не захотел. – Клавдия продолжала изучать узор на ковре. В позе её, как и в позе Мириам, не было никакой напряженности.
– И в том новом завещании нет ещё кое-чего.