Было только пять часов, и я понятия не имела, во сколько начинается его смена, но если его там нет, я разожгу гребаный костер и буду ждать. Я буду ждать его всю ночь.
Несмотря на уверенность в своем решении, мое беспокойство вернулось, как только я увидела знакомый навес и табличку. Я вспомнила, как стояла перед ней в свой первый вечер здесь, и как сильно я боялась войти внутрь и обнаружить кучу влюбленных парочек. И сейчас я здесь, собираюсь войти, признаться в любви и броситься в объятия Лукаса. Может, годы спустя, мы будем рассказывать эту историю нашим детям.
Ох! Прекращай! Никаких детей!
Я заплатила водителю, и он помог мне вытащить сумки на тротуар, затем оставил меня жутко нервничающую стоять там под дождем, стекающем с волос.
Давай, Миа. Будь храброй.
Но мне нужна была минута. Наполнив легкие влажным воздухом, я вдохнула и выдохнула, успокаивая себя. И впервые я увидела еще один бар рядом с «Бивером», который назывался «Petite» (прим. пер. с фр. — маленький). Он выглядел более высококлассно, изящно, чем бар Лукаса.
Может, Коко права насчет судьбы. Я потянулась к двери.
Теперь, если бы это было кино, эта сцена была бы великолепной. Героиня открывает дверь, врывается с развеваемыми ветром волосами, запыхавшаяся и безнадежно красивая, герой шагает вперед и заключает ее в объятия.
Мой вход в «Бивер»? Не совсем такой."
"Начнем с того, что гребаная дверь была тяжелой, и я пыталась придержать ее, пока тянула два чемодана, но моя нога не была достаточно сильной. Я неуклюже боролась несколько минут, ощущая, что все в этом месте смотрят на меня. Дерьмо, почему я думала, что тащить свой багаж, было хорошей идеей? Влага с моих волос стекала на глаза, и у меня не было свободной руки, чтобы вытереть лицо, поэтому к тому времени как мне удалось протиснуть свой глупый багаж и себя через дверь, я выглядела как мокрая курица, и ничего не видела, а один их моих тяжелых чемоданов опрокинулся, блокируя выход.
Я вытянула руку за ним, споткнувшись о другой чемодан, но умудрилась поставить его прямо и затащить себя и свой багаж дальше в бар. Боже мой, пожалуйста, не дай ему увидеть это.
Но он увидел. Конечно же увидел, все увидели.