Как ты сказала, они будут наблюдать за ним, как и за твоими каретами. Если ты разделишь своих людей, чтобы одна группа отправилась за англичанином, а вторая охраняла тебя, то лишь облегчишь ему работу.
Джослин нахмурилась.
— Я помню, ты сказал, что не станешь за ним охотиться. А как насчет Ангела? Может, его это заинтересует? Кольт покачал головой.
— У него дело в Техасе. Он и так задержался. Утром он уедет.
— Тогда что же мне остается?
— Либо ты прячешься и ждешь, когда твой противник наберет достаточно людей для прямого нападения, либо…
Он замолчал, и Джослин поняла: что бы ни должно было последовать за этим «либо», он или передумал, или еще не додумал до конца.
— Либо?
Он долго и внимательно смотрел на нее, затем пожал плечами.
— Ты едешь одна.
Сначала она решила, что он шутит. Наверняка шутит. Но тут почувствовала за его показной небрежностью напряженное ожидание.
— Без охраны?
— Со мной. Я могу доставить тебя в Вайоминг в целости и сохранности.
— Только ты и я… — начала она, все еще перебирая другие возможности. — Но ты ведь велел мне держаться от тебя подальше, — напомнила она. — Почему же ты предлагаешь…
— Пойми меня правильно, герцогиня, — прервал он ее тихим завораживающим голосом. — Я обещаю лишь доставить тебя в Вайоминг невредимой. Ничего другого я не обещаю.
Джослин коротко кивнула, чувствуя, как краска заливает ей щеки, и чуть ли не бегом устремилась к дверям.
— Я… я подумаю… — Она остановилась, взявшись за ручку, и проговорила, стоя к нему спиной:
— Когда ты хочешь ехать?
— Сегодня вечером… когда этого никто не ждет. Она снова кивнула, но не стала поворачиваться, чтобы взглянуть на него.
— Я вскоре сообщу тебе о своем решении.
Глава 36
Это совершенно исключено! Это настолько невозможно, что даже не подлежит рассмотрению.
И это был единственный пункт, о котором она не упомянула, когда сообщила Ванессе, что едет, а затем проспорила с ней в течение последующих двух часов. Все равно решать ей. И в конце концов Ванесса даже признала, что в этом плане что-то есть. Если Джослин сумеет незаметно улизнуть. Длиннонос останется на месте, полагая, что она еще тут.