— Если ты можешь влюбиться в человека, совершенно не подходящего тебе по положению…
— К дьяволу мое положение! К тому же я его вовсе не люблю!
— Конечно, любишь, дорогая.
Джослин сердито уставилась на Ванессу, но это не произвело на графиню ни малейшего впечатления. Вздохнув, Джослин отвернулась.
— Должно быть, чрезвычайно глупо с моей стороны любить человека, который меня не любит, верно? — тихо сказала она.
— О, безусловно!
Джослин метнула через плечо еще один яростный взгляд.
— Так почему ты не говоришь мне, что он грубый, с мерзким характером, опасный…
— Потому что он не может быть таким плохим, иначе ты бы его не полюбила.
"— Верно, но на тот случай, если ты не заметила, он ни разу не приехал.
— Может быть, тебе следует самой нанести ему визит, дорогая. Насколько я понимаю, это ранчо вызывает у него отвращение. Его сестра поделилась со мной: несколько лет назад он здесь чуть не умер… Боже мой, сядь! Что я такого сказала?
Джослин отмахнулась от графини, пытавшейся усадить ее в кресло.
— Со мной все в порядке. Однако было бы неплохо мне тоже об этом сообщить. Какая жуткая ирония судьбы.
— В чем?
— В том, что я купила именно это место.
— Да, конечно, но ведь ты собираешься прожить здесь лишь до весны, не так ли? А кроме того, он может захотеть, чтобы ты жила с ним в горах, в его деревянной хибаре.
— Я бы не возражала.
Графиня скорчила рожицу, ибо хотела своими словами всего лишь немного разрядить обстановку.
— Давай забудем о «жертвах во имя любви», дорогая.
— Мне бы этого хотелось, но ты по-прежнему упускаешь из виду одну маленькую деталь — его отсутствие. Он ни разу не попытался встретиться со мной, потому что не хочет этого.
— Я бы не была на твоем месте так в этом уверена, дорогая. По словам его сестры…
— О, ради Бога, Вана! Не хватало еще откровений от очередной сестры. Я думала, ты усвоила урок…
— Не будь глупышкой, — перебила ее графиня.
— Возможно, но она все равно лицо заинтересованное и… Джослин замолчала, услышав доносящиеся с улицы крики. Она кинулась к окну. Вид дыма, валившего от новой конюшни, заставил сердце забиться от страха.
— В чем дело? — заволновалась Ванесса. Джослин уже летела к дверям.
— Конюшня горит.
— О Господи! Постой! — Графиня кинулась к Джослин, стараясь удержать ее. — Ты не можешь туда пойти.