Неожиданно он, продолжая осыпать поцелуями ее живот, грудь, плечи, крепко обнял Кловер и увлек за собой, переворачиваясь на спину. Кловер задрожала от новых ощущений, вызванных этой необычной, на ее взгляд, позой. Баллард привлек ее к себе, покрывая страстными поцелуями лицо и шею жены, жадно оглаживал ее бедра и шелковую кожу ягодиц, мягкими, но настойчивыми толчками подсказывая, что делать дальше.
Кловер оказалась способной ученицей, и ей понадобилось совсем немного подсказок. Ей самой хотелось испытать этот новый способ занятий любовью, но их желание было слишком горячим, слишком ненасытным.
Прошло довольно много времени, прежде чем Баллард совсем разомкнул свои объятия. Ему хотелось как можно дольше оставаться в этом сплетении их разгоряченных тел, но впереди было слишком много работы.
"— Милая, нечего смущаться того, что муж и жена доставляют удовольствие друг другу, — сказал он. — Я же говорил тебе, что у меня не так много опыта. Мы не совершили ничего непристойного.
— Ты в этом уверен? — спросила она, продолжая смущаться.
— Совершенно уверен. Если будет на то воля Господа, мы с тобой будем делить постель еще многие годы, и небольшое разнообразие нам не помешает.
Он взял ее руку в свою, поцеловал ладонь и нахмурился, заметив небольшие ранки на пальцах.
— Ты собирала ежевику?
Кловер мельком взглянула на свои руки и состроила гримаску.
— Нет, я всего лишь собирала яйца.
— Ага, значит, тебя исклевала Злюка.
Он чертыхнулся, расстроенный тем, что работа огрубляет ее нежные руки.
— Злюка? Разве это подходящее имя для курицы?
— Да. А ты можешь предложить что-то получше?
Она рассмеялась.
— Это ужасная кличка, но она ей подходит. Ты бы предупредил меня, что в твоем курятнике есть такая бестия.
— Извини, любимая, не подумал. Мне давно надо было пустить этого «коршуна» на жаркое, но она очень хорошо несется. А ты не пыталась сначала бросить ей еду, а потом, пока она ест, забирать яйца?
— Это не срабатывает.