Но от всего, что было с ней связано, я попросту шалел, и постарался не задумываться чересчур о том, что она скажет, когда мы наконец встретимся.
Мы с Ромом сели в машину и поехали в ресторан. По дороге брат молчал, похоже нервничал. Честное слово, я его понимал, ведь последнее семейное сборище закончилось скандалом. Мама по-прежнему полагала, что совсем не виновата в семейном разладе. Я сомневался, что встреча в общественном месте и дополнительное напряжение между мной и Шоу послужат к общему примирению. Но решил проводить Рома так, как он заслуживал, чтобы брат не разочаровался во мне и не беспокоился о тех, кого любил.
Мы остановились на переполненной парковке и сунули несколько долларов в автомат. Шагая к ресторану, увидели родителей, которые стояли у дверей вместе с Шоу и ждали нас. Дыхание у меня участилось при виде нее, в груди что-то перевернулось. Прошло всего несколько дней, но мне показалось, что мы не виделись несколько лет. Шоу вновь сменила прическу, покрасив волосы в два тона – в сочетании с ярко-зелеными глазами и светлой кожей это смотрелось круто.
– Привет.
Она даже не улыбнулась. А мать откровенно меня игнорировала.
– Привет. Пойдем внутрь, здесь холодно.
Мама потащила ее за собой, и я задрожал от гнева.
– Хорошо, что собрались, сынок. Просто потерпи. Всем будет лучше, если мы помиримся.
– Это просто ужин, папа. Не торопи события.
– Ну, перед тем как прыгать, надо разбежаться, а мы, Арчеры, в последнее время еле ковыляем. Главное – двигаться вперед.
Я даже не знал, что сказать, а потому молча наблюдал за изящной фигуркой Шоу, пока нас провожали к столику в дальнем углу. Мать несла какую-то чепуху, а Шоу время от времени кивала и хмыкала, но не смотрела на меня и вообще как будто не замечала. Искра гнева начала превращаться в костер. Я подумал: если что-нибудь в самое ближайшее время не изменится, я обязательно сделаю то, о чем потом пожалею.
За столом я оказался между братом и Шоу.