Чудо, не иначе!
Хлоп! Это Шахов сел за руль, принимая такой вид, будто ничего особенного не произошло и ему нет дела до толпящихся зевак вокруг нас. Они совершенно позабыли о пожаре и теперь навели свои камеры на блестящий, чёрный внедорожник, который, очевидно, стоил чёртову кучу денег. Вот так всегда — пока кругом полыхает пламя, Данил, словно король жизни, молча идёт дальше.
— Как? — просипела я, поглаживая заспанные глазки котёнка.
— Его Алексей вытащил. Увидел, что дом уже горит, но успел разбить окно и спасти животное.
И после этих его слов я впала в полнейшую прострацию, теряясь во времени и пространстве. Уткнулась носом в урчащего кота и снова позволила себе скатиться в горе, оплакивая потерю всего, что у меня было, не обращая никакого внимания на то, что Данил ласково гладил меня по голове и беспрерывно шептал «не плачь».
Не плачь? Легко сказать!
— У меня ничего больше не осталось, — рыдала я, — совсем ничего…
И тысячи вопросов сейчас роились в моей голове.
Я задыхалась от отчаяния!
Но не останусь же я совсем одна одинёшенька в этой непростой ситуации? Ведь кто-то же должен мне помочь? В конце концов, не я первая и не я последняя, кто точно так же потерял, всё, что у него было.
— Наверное, администрация должна предложить мне какое-то временное жильё, гостиницу там или может общежитие? — заикаясь и всхлипывая спросила я, ещё плотнее закутываясь в пиджак Шахова, и вздрогнула, когда представила все те круги бюрократического ада, что мне предстояло пройти в скором будущем.
— Наверное, — пожал плечами Данил.
И всё. Больше ни слова.
— Ты можешь меня туда отвезти сейчас?
Беглый взгляд на меня, и голова мужчины отрицательно дёрнулась.
— Нет, Лера, не могу, — сухо и властно отрезал он.
— Почему? — спросила я и тут же обругала себя, потому что мой подбородок снова жалобно задрожал.
— У меня есть для тебя более привлекательное предложение, — и в следующее мгновение его автомобиль свернул во дворы и плавно покатил к огороженному высоким забором элитному жилому комплексу."
"Я непонимающе закрутила головой, а потом в ужасе осознала, что провела в тяжких раздумьях и горестных переживаниях почти час, за который Шахов успел довезти меня до центра города.