— Это всё?
— Да, — напоследок смеряет меня брезгливым взглядом и выдаёт такое, от чего я выпадаю в нерастворимый осадок, — зря ты не познакомился с Анжеликой, как я тебя советовала, она бы стала тебе отличной парой, не то, что эта… кхе-кхе…
И наконец-то удалилась, манерно придерживая сумочку и смешно семеня ногами, скованными до самых колен узкой юбкой-карандаш.
— Не обращай внимания, — отмахивается Данил, казалось бы, тут же забывая об этой нелепой встрече с незнакомой мне женщиной, о её ужасных манерах и том, что она посмела выказать нам явное неуважение.
Вот только в моей голове всё никак не укладывалось то, что кто-то в принципе посмел так разговаривать с Шаховым. Я прокручивала каждое слово, пока мы сдавали багаж и проходили паспортный контроль, и даже тогда, когда поднимались в небольшой сверкающий стальными гранями самолёт, похожий на хищную птицу.
— А где всё? — встрепенулась я, обводя взглядом шикарный, но совершенно пустой салон.
— Тебе нужен кто-то кроме меня? — улыбнулся Данил, усаживая меня в мягкое кожаное кресло.
— Нет, — выдохнула я, наконец-то понимая, что к чему.
— Вау, я польщён, — прошептал мужчина, а затем впился в меня таким умопомрачительно жарким поцелуем, что я чуть не сгорела дотла, пытаясь совладать со своей страстью, нежностью и любовью к этому мужчине.
Но когда самолёт наконец-то взлетел над вечерней, утопающей в огнях и смоге, столицей, я не смогла найти в себе силы, чтобы усмирить своё любопытство, а потому тут же закидала Данила кучей вопросов.
— А кто такой Ростислав? — начала я издалека.
— Очередной, хрен пойми какой по счёту, любовник этой женщины.
— А Олежик кто такой?
— Сын этой женщины.
— А эта женщина она вообще кто? — задала вопрос и затаила дыхание, до конца неуверенная в том, что Шахов в принципе станет отвечать мне. Но он ответил, а я моментально потеряла дар речи.
— Это женщина моя мать.
Ну ни хрена ж себе!
Я чуть глаза не растеряла, тараща их на совершенно невозмутимого Данила, который, слегка прикрыв веки, смотрел в иллюминатор, пока я собирала мозги в кучку.
— Как мать? — прошептала я хрипло, так как грудную клетку неожиданно стиснула колючая проволока, с каждым вздохом затягиваясь на мне всё сильней и сильней.
В ответ Шахов только отрешённо пожал плечами, продолжая пялиться на остающийся позади нас мегаполис.
— Как твои дела, сынок? Как поживаешь? Что нового? Ты здоров? Хорошо кушаешь? — загибала я пальцы на руке, а в конце добавила, — Где это всё, Дань?
Молчит. Реакции ноль.