Я сделал его шаэри после того, как он доказал, что достоин этого, выполнив все мои поручения.
У меня просто нет слов, лишь жажда убийства.
— Ни за чтобы не подумала, что такая с… — Лан закрыл мне рот ладонью, так что получилось лишь неразборчивое мычание. Глубоко дышу, пытаясь успокоиться.
Немного получилось, и тогда Ландар выпустил меня из рук. Меня буквально колотит, но я стараюсь держать себя в руках.
— Ладно, я, Инг, Стефа и остальные. Но как же Этель? — спросила я у сидящего на полу Каяна.
— А что Этель? — невесело усмехнулся Каян. — Она сама мне на шею повесилась. Тем более я уже уговорил ее стать шаэри. Этель и рада.
Желания убить Каяна только усилилось.
— Ради чего ты нас предал?
За Каяна ответил Ландар.
— Все как обычно, Вероника. Сила, власть, желание стать уникальным. Мальчик из обедневшего славного по меркам того мира, рода. Неоцененность, обида. Быть шаэри — значит получить новые возможности и силу.
После встречи с Каяном я уже не плачу, я пылаю гневом и жажду разрушений.
Следующим пунктом своей экскурсии, Лан выел меня на открытую террасу, с высоты которой открылся головокружительный вид на долину, в которой находится обитель. Как же тут высоко. Я словно на вершине небоскреба.
— Я думала, пустошь — это почти пустыня, где ничего не растет.
— Не везде так — ближе к границе все, безусловно, именно так, как вы представляете.
Внизу раскинулась зеленая долина со множеством озер, в которых отражается небо и облака. Изумрудные поля тянутся до самого горизонта. Из-за высоты, кажется, что долина подернута дымкой. Тут и там замечаю крохотные домики с красными черепичными крышами.
И почему такая красота принадлежит такому уроду?
— Все не так страшно, как представлялось в начале. Верно? — Лан опять слишком близко, стоит сзади почти вплотную. У меня мурашки по коже от этого маньяка.
Все еще страшнее.