Он всё ждал, когда Яр спросит что-нибудь, но тот заговорил с ним о клубе только раз, выпроводив очередную делегацию новых сотрудников.
- Выглядишь плохо, - сказал он.
У Андрея в самом деле прочно поселились под глазами синяки, а лицо всё чаще казалось неудачным рисунком экспрессиониста.
- Не презентабельно? – Андрей усмехнулся и, подойдя к камину, включил музыкальный центр. Они с Яром сходились только на классике. Клубную музыку Яр в доме не переносил, а Андрей морщился, слыша его записи «Афганских песен». Зато Шопена и Вивальди любили оба.
Андрей потянул футболку, пытаясь отвлечь Яра от разговора, который начинался не очень хорошо. Сам он предпочёл бы вообще помолчать – и потрахаться, потому что это у них всё ещё получалось хорошо.
Яр поймал его руку и отвёл в сторону, не давая раздеться.
- Да, - сказал он серьёзно.
- Тоска, - вздохнул Андрей и, выпутавшись из рук Яра, пристроился на пол у его ног.
- Дебил. Меня всерьёз принимать не будут, если вокруг меня такая дешевка виться будет.
- Сука ты, Яр, - сказал Андрей устало и закрыл глаза. Откинул голову назад, на краешек сиденья, и замер так.
Яр молча плеснул в стакан коньяка и поднёс к губам. Подумал и снова поставил на стол.
- Ты ведь больше не жрал эту дрянь?
- Какую? – Андрей открыл глаза и как ни в чём не бывало посмотрел на него.
- Ты сам знаешь. ЛСД или что у тебя там?
Андрей резко развернулся и склонил голову на бок, вглядываясь в его глаза.
- А почему нет, Яр?
- Умрёшь молодым.
- И что? Годам к тридцати я всё равно стану, - Андрей усмехнулся, - непрезентабельным. И ты меня утопишь. Как и обещал.
- Дурак.
Яр отвернулся. Андрей смотрел на него ещё какое-то время, а потом произнёс:
- Скажи мне, что для тебя это важно, Яр.
- Что это поменяет?
- Скажи, что ты не хочешь, чтобы я умирал, и я брошу, Яр. Для тебя.
Яр поджал губы и всё-таки снова посмотрел на него. Подцепил подбородок двумя пальцами и всмотрелся в глаза.
Сказать было трудно. Он знал, что Андрей снова хочет заставить его быть слабым. Хочет обрести власть.
Но Андрей принимал, в этом Яр был почти уверен. И нужно было либо сажать его под замок, либо… Либо попробовать договориться так. Одна фраза против его испорченной жизни.
- Мне это важно, - сказал он наконец. – И если я узнаю, что ты всё ещё….
- Замолчи, - Андрей приподнялся и коснулся губами его губ. – Я не боюсь.