Он отлично стрелял и до последней своей майской разборки мог зависать в тире по полдня, но вот уже больше месяца ему было трудно подолгу стоять.
То, что он торчал в тире уже третий час, могло означать только одно – он всё ещё злился, и злился, похоже, сильнее, чем когда бы то ни было.
Андрей перевернулся на бок и накрыл голову подушкой. Он всё ещё пытался понять, почему Яр так жесток с ним, но без толку.
Ещё он вспоминал Яра – такого, каким он был. Улыбчивого, немного грубоватого, но, в общем-то, доброго и всегда сильного.
Тот Яр мог потрепать его по спине, но никак не ударить в лицо. И Андрей ничуть не был удивлён тому, что не узнал того молодого, дышащего любовью к жизни офицера, в этом мрачном небритом бандите.
Яр постарел, но не из-за возраста. Впервые Андрей вообще задумался - сколько ему? Тридцать? Тридцать пять?
Тогда, на даче, ему было не больше тридцати, и он только-только вернулся с войны.
От Яра пахло войной – порохом и тревогой. Когда Андрей подкрадывался к нему сзади, Яр вздрагивал, будто рвал из кобуры пистолет, и тут же успокаивался, улыбался, трепал его волосы рукой.
Теперь такую ласку приходилось выпрашивать, вымаливать, и не всегда Андрею удавалось получить хотя бы её. Но этот - новый Яр - был ему, пожалуй, даже роднее того, другого. А может быть, где-то глубоко в подсознании они сливались для него в одно. Только очень жаль было ногу, которая не давала Яру стоять, и того, что Яр так упрямо злится.
Даже через подушку выстрелы продолжали звучать в голове, и в конце концов Андрей не выдержал.
Отодвинул ящик комода и, покопавшись, извлёк оттуда белый шерстяной свитер – единственное из шмоток Яра, что ему действительно нравилось. Прижал его к груди и направился вниз.
Спустился на первый этаж, вышел во двор, обошёл дом и замер у самого угла, наблюдая, как Яр перезаряжает пистолет.
Яр много раз говорил ему не лезть под руку, когда он занят делом, но Андрею было всё равно.
- Холодает, - сказал он тихо и поцеловал Яра в основание шеи.
Тот замер с вынутой обоймой в руках.
- Зачем ты пришёл? – спросил Яр и загнал обойму в магазин. Прицелился, но стрелять не стал.
- Мешаю? – спросил Андрей, обнимая его ещё крепче и укладывая щёку Яру между лопаток.