Яр выпустил, наконец, его руку – рывком, будто заставляя себя разжать пальцы.
- Ненавижу тебя, мелкая дрянь, - бросил он и, отвернувшись, пошёл к лестнице.
Андрей стоял какое-то время прикрыв глаза и пытался успокоить бешено бьющееся сердце, а потом прошептал, уже не надеясь, что Яр услышит:
- Когда ненавидят, не дарят подарки каждый день."
"Он последний раз глубоко вдохнул, унимая дрожь в голосе, и пошёл во двор – Яра он решил больше пока не трогать.
Несколько часов Андрей провёл в тире. Стрелял он теперь почти без промаха и больше тренировался быстро перезаряжать и переключаться с одного оружия на другое.
Стрельба успокаивала – в этом он полностью разделял увлечение Яра. Теперь уже нравились ему и тренировки по рукопашному бою, которые закончились тогда же, в мае, когда Яру прострелили ногу.
Ему нравилось всё, что бы ни делал с ним Яр, даже если это причиняло боль.
Подумав об этом, Андрей невольно обернулся и посмотрел наверх – в окно второго этажа, в котором отражалось закатное солнце.
Андрей расплылся в улыбке и помахал рукой.
***
Вечером приехал Вано.
Андрей ожидал, что Яр отошлёт его наверх – тем более, что настроение у него так и не улучшилось.
Но, вопреки его ожиданиям, когда Вано вошёл в комнату, и Андрей встал, собираясь уйти, Яр положил руку ему на основание шеи и усадил обратно, на подлокотник кресла, на котором сидел сам.
Андрей тут же скользнул рукой по его плечу, решив, что если его оставляют, то можно немного пошалить.
Яр обжог его строгим взглядом и пропустил приветствие Вано, но тот ответа особо и не ждал. Сел на диван. Положил на колени дипломат и раскрыл его так, чтобы видел хозяин.
Андрей присвистнул и наклонил голову вбок, с любопытством разглядывая лежащую внутри в разобранном виде винтовку.
- Что это? – спросил он и попытался встать, чтобы рассмотреть оружие поближе, но Яр поймал его за холку и усадил назад.
- СВД, - сказал Яр, продолжая удерживать его на месте.
- У нас таких пятьсот штук, - Вано на Андрея не смотрел. – Это новый уровень, командир. И новые деньги.
- И новые враги.
- И новые враги. Но если мы не сбудем их за пару недель, то на нас наедут уже менты.
- Ментам мы всё проплатили. А Луговские нас не поймут. И делиться с ними я не хочу. Это уже принцип.
- А кто говорит про дань? Мы продадим винтовки в Питер мимо них.
- Вано, это война.