Мне почти плохо. Я вытащил нож из его руки, прежде чем снова вонзить его в плоть. «Но, к сожалению, мне не нравится, как ты умоляешь».
«Дай мне резаки», - прорычал я. Феникс сделал, как я приказал, и вручил мне красные резаки, которые я заточил накануне вечером. Подарок для Альберто.
«Этими пальцами ты причинил боль моей Айле, верно? Этими отвратительными пальцами ...»
Альберто попытался покачать головой, его глаза невероятно широко раскрылись. Так широко, как только могли такие опухшие глаза.
Николай держал его за правую руку, а я поднес резак к его мизинцу.
Я не дал Альберто времени подумать.
Прижав резак к его мизинцу, я отрезал.
Я не остановился на этом. Нет, я отрезал ему все пальцы. Всего с одного разреза. От мизинца до большого пальца.
За считанные секунды он потерял все пальцы на правой руке.
Я смотрел, как капает кровь, как его пальцы упали мне на ноги.
Альберто в шоке уставился на свою руку.
Николай отпустил его руку, и я отступил назад, давая ему насладиться вновь обретенной агонией.
Я взял полотенце и вытер его кровь с лезвия и резака.
Дверь за мной открылась, и Николай ушел. Виктор встал позади Альберто.
Я посмотрел на Виктора, наши глаза встретились. Он кивнул.
Айла была в порядке.
При мысли об Айле мои мысли вернулись к сцене, когда она стреляла в Альберто.
Я чертовски гордился ею. Она была мне ровня.
В тот момент она выглядела как настоящий Ангел-мститель.
Если бы она причинила больше вреда, я был бы рядом, чтобы поддержать ее. Блять, я бы взял ее за руки и позволил бы разрезать его.
Но это было не для нее.
Я знал Айлу. Расстрел Альберто забрал в ней все, все силы и ненависть. Но убить кого-то… это был не мой Ангел.
Позволь мне быть твоим Монстром. Позволь мне убить за тебя, Ангел.
Я не думал, что смогу сказать более правдивые слова, чем это. Я имел в виду каждое слово. Я был ее.
Сделай всё наихудшее.
Я улыбнулся, вспомнив ее слова.
Да, Айла… Я собирался сделать самое худшее.
В конце концов, моя Королева сказала, и ее желание было законом для меня.
Вырвавшись из своих мыслей, я увидел, что Виктор по очереди обращается к Альберто. Избивает, пинает, режет и ломает. Альберто уже был в беспорядке, но теперь его нельзя было узнать.