– Он просто хочет оскорбить тебя, оставив без ассистентки! Зачем ещё ему неопытная девчонка? Вряд ли она представляет хоть какую-то ценность. Просто отдай её ему, а сам сразу найми новую. Или даже я могу пока занять эту должность и повсюду тебя сопровождать. Дархон лопнет от злости, когда увидит, что тебе на неё плевать.
Вампир проигнорировал её высказывание, продолжая смотреть на меня.
– Отошли конверт ему обратно, – велел он, как будто имел на это право. – Я научу, как это сделать. У тебя уже есть работа.
– Арьен! – возмущённо завопила Илиара.
"– Зачем мне это делать? – вздохнув, уточнила я у шефа. – Мы с вами всё равно скоро расстанемся. Я стала вашей ассистенткой лишь на пару дней, пока не получится совладать с силой. Да и вы согласились на это только из-за того, что задолжали моей наставнице. А моя дальнейшая жизнь вас не касается.
«И больше чем уверена, что сегодня мой последний рабочий день, – добавила я мысленно.
Услышав о сделке моей наставницы и шефа, Илиара так обрадовалась, что засияла, как ясно солнышко. Теперь-то она поняла, зачем шеф держит меня рядом. А ещё приятнее ей было услышать, что наше сотрудничество скоро закончится. Арьен же, наоборот, нахмурился ещё сильнее.
– Даже после подчинения силы ты всё равно можешь работать на мою службу, – внезапно выдал он. От такого поворота Илиара закашлялась, а я, не сдержавшись, рассмеялась, но тут же затихла под неподъёмно серьёзным взглядом шефа.
Он ещё и ответа ждёт? Что ж, ладно.
– Простите, шеф, но по доброй воле остаться с вами и работать под вашим руководством может только разве что демон бездны. А большинство вынуждено это делать, чтобы отработать своё наказание. Мне же хуже всех – я даже не совершила никакого преступления, а вы обращаетесь со мной, как будто хотите заставить ответить за все грехи мира. Поэтому как только появится хоть малейшая возможность, я сбегу со всех ног и постараюсь забыть всё это, как страшный сон.
Едва закончив излагать свои аргументы, я немедленно об этом пожалела. Зачем всё высказала? Разумнее было промолчать. Однако Арьен, как ни странно, не разозлился.