– Но ведь война все-таки завершилась нашей победой, – напомнила я.
– Аггелы единственные существа, которые впитывают природную магию даже из воздуха. Как их победить? Если бы Гориан не свихнулся к концу войны и не покончил с собой, наш мир сейчас выглядел бы иначе.
– Его свела с ума черная магия?
– Видимо, браслеты оказались настолько мощными, что уничтожили и своего создателя. Говорили, что в конце жизни он научился читать чужие мысли.
– Одного во всей этой истории не понимаю. – Я отхлебнула остывший чай.
– Ты его надела.
– Ты знаешь, о чем я спрашиваю, Док, – усмехнулась я, не давая профессору соскочить с крючка.
– Один браслет был утерян много лет назад, второй – хранился под замком в Историческом музее. Пару седмиц назад его украли. Нам удалось выяснить, что вор назначил встречу в подземке, но что-то пошло не так…
– И теперь мы мило беседуем у тебя в лаборатории и попиваем жиденький чаек, – закончила я.
– А ты боишься? – тихо спросил он.
– Боюсь.
– Ты спрашивала, к какой команде мы относимся. Так вот, Веда, мы хорошие парни.
– Поэтому вы помечаете себя знаком четырехлистного клевера? – усмехнулась я. – Чтобы не потеряться в толпе?
Вызвав во мне волну веселья, профессор быстро одернул рукав, видимо, пряча знакомую татуировку.
– Теперь твоя очередь рассказывать, – насупился Док.
– Приняла душ из драконьей крови, – спокойно пояснила я.
– Как?
– Очень просто. Облилась с ног до головы в подвале конторы. Воняла на всю подземку, пока до дома добиралась. И вечер был такой паршивый, а потом появился этот ваш Ратмир и вызверил отца!
– Что он сделал? – ошеломленно переспросил бородач.
– Разве сложно было просто попросить вернуть браслет? Так ведь нет! Он устроил пальбу, перепугал меня до смерти и подставил перед отцом.
– Ты боишься отца?
– Если бы ты его видел в гневе, тоже испугался бы.
– Вообще-то Ратмир сказал, что ты выглядела отчаянной и явно не желала сдаваться. Господи, ты даже не побоялась вызвать стражей и обругать его последними словами! – развеселился Док.
– Ну, не совсем последними… – пробормотала я.