Самое неудобное из ее списка — ежевечерний пересказ всего, что делала за день, он оставил незыблемым обязательством. Невольное заточение в четырех стенах в скором времени должно прекратиться — уже легче.
С сексом пока полная неразбериха, но обсуждать эту тему не хотелось. Оставалось неприятное ограничение со спиртным и маниакальное желание Вадика завести ребенка. Эти два момента были взаимосвязаны, и с какой стороны подойти к данному вопросу она не представляла.
— С Лаурой я действительно иногда вижусь. И прекращать наши встречи не собираюсь.
— Нет, Лона. Я уже говорил, что не хочу, чтобы ты ходила с ней по кафе или ресторанам. Такие как она притягивают к себе слишком много внимания.
— Ты забыл добавить «мужского». — Подсказала Илона, отпив вина.
— Уже были прецеденты?
— Не важно. Ты же мне не доверяешь, а потому что бы я сейчас не сказала — итог будет один.
— Если понимаешь это — зачем споришь?
— Спорю? Я лишь сообщаю, что буду с ней общаться, вне зависимости приедут Марк с Сашкой или нет.
— Поступай, как считаешь нужным. Но пеняй потом на себя.
— Извини. Что-то я совсем запуталась или не расслышала. В чем из того, что меня не устраивает, ты сейчас уступил? Насколько мне помнится, остался момент касательно возможности выпить хоть что-то кроме красного вина. Но и здесь я в пролете. Да?
Разумовский сжал челюсти.
— Знаешь, о чем я сейчас жалею? — Ила выпила еще из бокала, с удовольствием прикрыв глаза. Как же вкусно! — Что не послушала тебя, когда ты просил говорить о том, что не нравится сразу.
О том, что он и так следит за ней, упоминать не стала. Зачем? Пусть пребывает в счастливом неведении и спокойствии. Она лишь лишит его возможности сверять каждый свой шаг.
Глава 25
Вадим посверлил ее своим черным взглядом и допил ром. К ним тут же подоспел официант.
— Повторить?
— Да. — Это слово они произнесли одновременно.
— Лона. — Напряженно сказал Вадик, нахмурившись.
— Ничего страшного от второго бокала Батар-Монтрашэ со мной не случится. Ты видел меня хоть раз пьяной в стельку?
— Дело не в этом. — Ему явно не нравилось то, как повернулся их разговор.
— Мы всего два месяца вместе.