Сколько воды утекло с того времени…
Десять лет беспробудной тоски, всплеск надежды после его развода и второе погружение в полный мрак — он уехал в Вильнюс. Приезжал домой несколько раз в году. Во время своих визитов приходил к ней…
А вчера был день рождения ее мамы. Лона в очередной раз ждала его. Ждала и содрогалась. Она пять лет варилась в болезненной каше своих ощущений: взрыв чувственности ночью, холодное отрезвление на утро и острая боль после.
Но все произошло не так. Брат на праздник привез с собой девушку Сашу.
Ночью закрыла дверь своей спальни на замок. Еще и комодом для верности подперла. Вынула из телефона сим-карту и улеглась спать, накрыв голову одеялом.
Лона припарковалась у подъезда своего дома и поднялась на третий этаж. Первым делом надо было найти столяра.
Вадим Разумовский в это время сидел в отчем доме и вполуха слушал маму, которая делилась последними сплетнями из жизни поселка.
Вчера он был на дне рождения теть Маши, и все закончилось совершенно не так, как ожидалось. Ведь еще при встрече все было как всегда: взгляд ее, трепетный, движения дерганные. Они оба знали, чем завершится вечер. И оба ждали этого. Неужели ему показалось? Или, может зря он у нее в шутку спросил, не собирается ли замуж? Она почему-то замерла и ничего не ответила.
— Мам, а что Лона? Женихи есть?
— Да кто ж знает. Правда последнее время ездит кто-то. Машка не нарадуется. Может, пристроит ее, наконец, поди тридцатник не за горами. Засиделась в девках-то. — Ответила, внимательно глянув на сына заставив его смутиться. Разумеется. Все всё знали. И от этого прям душно становилось: ни вдохнуть, ни выдохнуть.
Час от часу не легче. Вадим встал и пошел выпить воды: с Марком вчера чуток переборщили с выпивкой, но шатало его не поэтому.
"Итак. Прилетел с утра, добрался домой к обеду, привел себя в порядок, и, забрав мамку, поехал к Вульфам. Там все как обычно. Наблюдал за малой исподтишка и вспоминал ее, голую под собой. От этого становилось тесно в штанах.