"
"А меня как торкнет! Она не одна! У нее там частичка меня, которая очень сильно реагирует на отца. Марьяна продолжает на меня ругаться, а я в транс впадаю. Я смотрю на ее губы и мечтаю погрузиться в их сладостную глубину! Или впиться в них. Как вампир!
А чего же я медлю? Когда она еще окажется в моих объятиях так близко? Может, это мой последний шанс?
Подныриваю к ней с высоты своего роста и… овладеваю ее пухлыми сладкими губками! Марьяна настолько ошарашена моими действиями, что невзначай приоткрывает свои губки и впускает внутрь мой наглый язык!
Ах, как сладко, пряно и обалденно одновременно! Точно в раю побывал.
Ибо Марьяна быстро приходит в себя, и с размаху залепливает мне звонкую пощечину! Щека горит, пылает пожаром. И в ушах звенит, будто рядом шарик лопнули.
Глава 49
Последнюю неделю перед декретом работать становится просто невыносимо. Генеральный лютует, ни давая покоя ни себе ни людям.
А мне вообще пофиг — я сейчас отработаю пять положенных дней и свалю на полтора года! Красота! Авось за это время Сергей Валерьевич остепенится и успокоится?
Декретные так и не поступают на карту. И тут я вижу происки Главгада. Даниле пока не жалуюсь, не хочу показать Сергею, что меня это волнует или как-то задевает.
Астафьев же не оставляет меня в покое ни на минуту.
К вечеру, я уставшая, еле стою на ногах. Их немного раздуло, и в туфельки я умещаюсь едва ли. Мои глаза болят и слезятся — давно не работала так много с цифрами. Но часы показывают пять, и я со спокойной душой собираюсь домой.
— Далеко собрались? — в кабинет влетает… да сколько можно же уже?!
Ему самому не надоело? Данилы как назло нет — уже в четыре собрал манатки и умотал к своей Тамаре. Надо мне было вслед за ним уматывать, а то вот, здравствуйте, явление народу.
— Мой рабочий день окончен. — стараясь сохранять спокойствие отвечаю я.
— Чего это? — поднимает красивую бровь Сергей Валерьевич. — Мои сотрудники работают до шести.