Жаль только, что от моего желания быть в другом месте ничего сейчас не зависело.
– Что-то случилось? – спросил он спокойным и ровным голосом. – Ник будет очень огорчен, если встреча сорвется.
– Я понимаю. Но у меня появились внезапные планы. Я могла бы позвонить ему и сама все объяснить… – В эту минуту я подумала об Андрее, вспомнила о его словах, что он не мог бросить работу, как бы ни хотел уделить внимание своему ребенку.
– Нет, ничего не нужно, – холодно произнес он. – Ты еще на рабочем месте?
– Да, но скоро собираюсь уходить.
Когда говорила Андрею, что ему следовало больше уделять внимания ребенку, вдруг поняла, как сильно заблуждалась, разбрасываясь этими словами... Чем я была лучше его в этот момент? На чаше весов находились по важности совершенно неравнозначные вещи, и тем не менее, чувства к мальчику и новая работа оказались тесно взаимосвязаны.
– Хорошо, – задумчиво протянул Андрей, и разъединил связь, даже не попрощавшись.
Я приступила к отчету, забыв на время про Ника и обо всем на свете. Часы показывали начало девятого вечера. Погрузившись в работу, я не заметила, как открылась дверь и на пороге появилась Ирина Вячеславовна. Но разве она не ушла домой?
– На сегодня хватит. Давайте мне бумаги, Ангелина, – она протянула руку и посмотрела на меня таким взглядом, словно я в лицо ей плюнула, хотя это мне пришлось наплевать на свои планы и ожидания одного маленького мальчика. Я могла бы и утром сделать этот отчет, прийти пораньше на рабочее место, к примеру.
– Что? – я подняла голову и непонимающе посмотрела на Краснову.
– На сегодня хватит, Ангелина, – повторила она, а в ее голосе сквозило раздражение. – Я сама доделаю отчет. Можете идти домой.
Я еще больше нахмурила брови, ничего не понимая.
– Что вам непонятно? Перекиньте все, что успели выполнить, мне на почту и дайте уже сюда эту папку! На сегодня вы свободны.
Я сделала так, как попросила женщина. Догадка, озарившая сознание яркой вспышкой, сначала показалась мне безумной, но, чем больше я думала о словах и взглядах Красновой, пропитанных неприятием и злобой, тем отчетливее понимала, что она сейчас с подачки Вихрова вернулась на работу, а я отправлюсь домой… В каком свете он меня выставлял? Неужели не понимал, что ставил тем самым крест на моей работе в этом отделе? Какой начальник будет терпеть такое?
Быстро собрав вещи, я вышла из кабинета и спустилась на лифте вниз.