Он снова набросится на меня? Вся Вселенная разлетится на мелкие кусочки? Что? Не знаю. Но проверять не хотелось. Сердце и без того от адреналина билось в грудную клетку, как сумасшедшее, а я всего-то ужинала, сидя напротив Лютого!
Но спустя неделю, в один из вечеров, нам пришлось столкнуться. Я бы спокойно могла пройти мимо, но… Хотя нет, не могла бы.
Проходя мимо по коридору, краем глаза я отметила движение через приоткрытую дверь спальни. А потом сердце ухнуло вниз, потому что взгляд выхватил обнаженного по пояс мужчину.
Еще не понимаю ничего толком, а ноги уже сами несут меня в спальню. От стука резко распахнувшейся двери Лютый вздрагивает и тут же вскакивает на ноги. Тело мгновенно сгруппировывается, мышцы напрягаются, словно он готовится атаковать. Но, увидев меня, расслабляется.
— Не спишь еще? — интересуется он безо всякого интереса.
Так хладнокровно, словно у него не течет из раны по коже струйка крови. Судорожно сглатываю и бросаюсь в ванную, на ходу командуя:
— Сядьте! Немедленно! Я сейчас вымою руки и помогу, — руки мелко дрожат, когда я их намыливаю.
— Мне не нужна помощь, — холодно отвечает Лютый.
— Конечно. Я вижу.
Возвращаюсь в комнату. Мужчина уже сидит на постели, напрочь игнорируя тот факт, что кровь продолжает течь, пачкая легкие домашние штаны серого цвета.
— Я никуда не уйду, пока не помогу.
— Я уже говорил, что терпеть не могу навязчивых женщин? — морщится Лютый.
— Еще нет.
— И говорил, что случится, если ты не будешь послушной?
— Говорил. Мне все равно. Я не уйду, пока не помогу.
В комнате повисает молчание, мы буравим друг друга решительными взглядами, оба не собираясь отступать.
— Я не сделаю ничего такого, просто помогу, — говорю тихо, — Ну что вы как маленький? Ведь неудобно же самому все это делать.
Лютый смотрит на меня хмуро некоторое время, а после молча протягивает флакончик с антисептиком.
— Ну вот и хорошо. Сразу бы так, — бубню я, чтобы скрыть напряжение и неловкость.
— Ко мне можно на «ты».
— Л-ладно.
Честно говоря, рана выглядит так, что у меня мурашки по телу бегут.