— Знаешь, чего ты не учла? Это, все же, моя стая. Я не собирался ни умирать, ни создавать связь. Подчинение, Грета Линдер, подчинение. В любую секунду я могу убить любого из них. В том числе и твоего фамилиара. Как долго ты проживешь после этого?
— А ты? — с интересом спросил некромант. — Как долго проживешь ты, Лазарий Тиберий ван Хельман? И как долго проживет твоя дочь? Которую ты незаконно провез в Кальдоранн? Тебе еще придется объяснить, каким образом тебе удалось обмануть щиты. У нас за использование магии крови казнят.
Грета замерла. Изумленная, ничего не понимающая, она переводила взгляд с одного на другого. И пыталась хоть что-то вычленить из диалога. При упоминании магии у нее по спине пробежал холодок. Воистину, нет дара отвратительнее чем этот.
— Узнал, значит. Для некроманта нет ничего невозможного? — неприятно усмехнулся Лазар. — И ничего святого, да? Грета, а твоя подружка знает, что втрескалась в призрака? Ты сказала ей об этом? Или она по-прежнему считает Ферхару менталистом, а его призрачного прислужника — просто слишком занятым дерром?
— Это не твое дело, — вспыхнула Грета.
— Ну почему же, — улыбнулся Лазар. — Думаю, сейчас Тирна читает крайне занимательное письмецо. Моего авторства.
Мэдчен Линдер на секунду показалось, что из нее выбили весь воздух. И облегчение, которое она испытала при появлении Алистера, сменилось ощущением стыда, страха и вины. Как она посмотрит Тирне в глаза? Ведь со стороны может показаться, что она забавлялась, глядя как подруга страдает по призраку.
— Пусть читает. Читать полезно, — равнодушно бросил Алистер. — Я запретил Грете что-либо и кому-либо рассказывать. Так что перед подругой моя невеста чиста, как первый снег.
В ушах у Греты шумело. Она не могла припомнить никаких своих обещаний по этому поводу. Как не могла и представить, захочет ли Тирна разговаривать с ней.
— Что же до подчинения — дорфы освобождены от него, — так же спокойно продолжил некромант.