Она слышала, как Фиона и ее собеседник обменялись еще несколькими любезными репликами, осведомились о состоянии здоровья друг друга и как, в конечном счете, удобно расположились в креслах по обе стороны стола. На этом сдержанное поведение Фионы закончилось.
Она в довольно резкой форме высказала Монте свои ощущения после провала обоих ее планов – выброшенного в океан кольца Изабеллы и похищения последней “Клубом адского огня”, затем вкратце обрисовала сложившуюся ситуацию и свое собственное положение в этой пучине интриг, искусно обозначив к концу своего повествования в качестве причины поражения неслаженную работу лиц, которым она оказала свое высочайшее доверие.
Странное вмешательство дома губернатора и, главным образом, Зорро в судьбу Изабеллы так же не осталось без ее внимания. На что ею был получен ответ о том, что дон Алехандро, как представитель принимающей стороны не мог поступить иным способом, а Зорро, по всей видимости, был просто заинтересован юной и красивой принцессой. Последний довод незамедлительно вызвал ледяную интонацию и сухие обрывистые фразы на все оставшееся время разговора, который, в конечном счете, свелся к главной проблеме – изысканию способа добраться до Изабеллы.
Все, что происходило в те минуты, было такой бессмысленной дикостью, что Изабелле иногда хотелось рассмеяться во весь голос. Она, принцесса Британии, стояла под чужим окном. Она, словно простолюдинка, позволяла обнимать себя постороннему мужчине, о котором не знала ничего, включая его имя и происхождение. И при этом она подслушивала. Подслушивала планы собственного уничтожения, которые строила против нее ее же сестра.
Каждая новая фраза вызывала в ней конвульсивное содрогание плеч. Она слышала, что Монте за свое содействие хочет в качестве вознаграждения, получить ее саму. Она слышала, что Фионе нужен был Зорро, по всей видимости, для аналогичных целей.