Учеба давалась ей очень легко, она всегда все быстро схватывала и усваивала, поэтому похвалы учителей скоро стали неотъемлемой частью ее обучения и она перестала обращать на них внимания.
И вдруг эти несколько слов, произнесенных его низким сильным голосом, от которых становилось нечем дышать…
- Десерт! – послышалось радостное восклицание Линареса.
- Это для разминки, – передал ему вазу Зорро.
- Даже так? – поднял бровь Рикардо. – А основная часть?
Изабелла почувствовала легкую встряску.
- Вот моя, – произнес Зорро, демонстрируя в легком броске сжавшийся на его плече кулек.
- А моя где? – разочарованно протянул Рик.
- На кухне. Сейчас выйдет.
Девушка поняла, что оказалась на земле только, когда сквозь плотный туман увидела Зорро, удаляющегося в сторону дома за следующей партией провизии.
Моя?.... Что значит – моя? Почему он показал ее Рикардо и сказал «моя»?..
Изабелла покачнулась в сторону и тут же почувствовала на своем плече руку брата.
- Надо сказать, чтобы Зорро разрешил тебе чаще выходить на воздух, иначе однажды ты совсем упадешь, – услышала она.
Девушка в очередной раз почувствовала себя в воздухе и через мгновение очутилась на каком-то мягком покрывале.
- Пойду – помогу, – удаляясь, сообщил Рикардо.
О, если бы он только знал истинную причину ее падения…
«Моя»… – билось у нее в сознании, в теле и в крови.
Его?.. Она – его? Она принадлежит ему?
Внутри все сжалось от страха и необъяснимых ощущений.
Почему он это сказал? Что он имел в виду? Они ведь вообще говорили о фруктах. Как потом получилось так, что она стала – его?.. От одного его слова она перестала принадлежать самой себе и стала – его…
А ведь Рикардо подумал, что Зорро взял ее на руки, потому что она плохо себя чувствовала. Он же, на самом деле, просто не позволил ей нести тяжелую вазу.
Он ограждал ее от всего, даже от таких мелочей...
Девушка вздрогнула – над озером разлился звонкий смех Керолайн.
Подземелье опустело. В главном коридоре раздался вздох облегчения, и чья-то тень, приведя в движение потайной механизм, скрылась за каменной дверью.
Небольшая компания расположилась под кроной широкого дерева, лакомясь после восхитительного ужина свежайшими фруктами. Девушки никогда еще не встречали такого удобства на природе.