В те редкие минуты, когда ее разум отказывался воспринимать новую информацию и вынужденно блуждал по задворкам сознания, Изабелла понимала, что скучает. Несмотря на свое обещание, которое она дала себе в дверях библиотеки, несмотря на непрекращающиеся подначивания брата и подруги, несмотря на собственные уверения в том, что это все отголоски ее недремлющей совести.
Из тех неполных трех недель, которые она уже провела в Калифорнии, девять дней Зорро непременно был рядом, даже в самую первую ночь, когда она в костюме Дымки совершила свою знаменитую вылазку.
"Изабелла лежала в ванной, подставляя спину Керолайн, постоянно бубнившей самой себе новые слова, и расслабляла измотанный учебой разум примитивными математическими вычислениями.
- Ну так что? – донеслась до нее угрожающе-повышенная интонация.
- Что? – дернулась Изабелла.
- Я спрашивала тебя, как по-испански называется эта маленькая штуковина, которую используют, чтобы незаметно закрепить волосы.
- Шпилька?
- Да!
И Кери, вспомнив заветное слово, вновь принялась что-то неистово нашептывать себе под нос. Изабелла же, вынужденно вернувшаяся к мыслям о занятиях, поспешила сменить их на что-нибудь более отвлеченное.
Она вспомнила, как Кери потребовала выложить ей историю о костюме Дымки и как Рикардо тут же распорядился рассказать все на испанском...