Однако грустно взглянув на запертую дверь, Линарес передал блюдо в руки сестре и сказал, что Керолайн это нужнее, чем ему. Еще он сказал, что помыл посуду, чтобы Кери не перетрудилась сегодня и отдыхала оставшиеся часы до сна. А еще…
Изабелла не смогла договорить, потому что у Кери задрожали губы и она, рыдая в три ручья, выскочила в коридор, где тут же была поймана в нежные объятия и унесена на диван в гостиную. Ее подруга же так и осталась стоять посреди комнаты с подносом фруктов и застывшими на языке фразами для всех поворотов судьбы.
Осмотревшись по сторонам, Изабелла глубоко вздохнула и с оттянутыми к полу руками потащила поднос на кухню.
Сказать, что там царил полный хаос, значит, не сказать ничего. Сложилось ощущение, что по кухне не просто прошлось стадо слонов, а промчалась по кругу группа раненных мамонтов, потому что одна часть посуды лежала на полу в виде многочисленных осколков, а вторая, видимо, для ускорения процесса сушки, расположилась равномерным слоем по всем горизонтальным поверхностям.
Если бы у Изабеллы не были заняты руки, она бы непременно схватилась ими за голову, однако все, что ей оставалось – это попытаться найти кусочек свободного пространства и пристроить туда свой ароматный натюрморт.
Керолайн хватит удар, когда она это увидит…
- Ой, всю посуду перемыл! – внезапно донеслось из-за спины.
Изабелла ошарашено повернулась назад и столкнулась с сияющим лицом подруги, восторженно глядящей на разгром в кухне и равномерный слой побитой посуды на полу.
- Я в зал, – передала ей поднос Изабелла и неслышно испарилась.
Кери была потеряна для общества бесповоротно…
Рикардо сидел на своем месте и увлеченно лакомился виноградной гроздью.
- Я вот еще что хотела спросить, – кашлянула она. – Днем не успела.
- Ну? – Рик умиротворенно закинул в себя несколько сочных ягод.