Что же касается ее спутника – то его лицо, скорее всего, было никому неизвестно, а свое имя, равно как и род занятий, он не сказал бы даже на смертном одре.
Времени до встречи оставалось все меньше, а способа избавиться от своего волнения Изабелла все еще не нашла. Она уже видела приближение знакомых мест. В голове начало стучать что-то мелкое и настойчивое. Неужели это был не сон тогда? Неужели, правда, тринадцать лет спустя…
Лошади перешли на спокойный шаг и двинулись почти бок о бок.
Тогда он был рядом с ней…
Девушка судорожно выдохнула – в тени деревьев показались два знакомых силуэта.
- Я приеду за Вами через два часа, сеньорита, – услышала она, наконец, голос Бернардо.
- Хорошо, – прошептала Изабелла и, не чувствуя ног, спустилась на землю.
Она не могла не заметить, что Бернардо не приблизился к широкому дереву, где находились ее мама и сер Ричард. Наверное, чтобы не показать им своего лица… Хотя сейчас ее это совершенно не волновало. Девушка не могла не только произнести ни слова, но даже и сдвинуться с места и при этом невыносимо злилась на саму себя – ее так ждали, а она никак не могла взять себя в руки.
Сзади раздался характерный шум – Бернардо натянул поводья и развернул лошадь в сторону поселения. Сейчас он уедет, и она останется одна.
Изабелла смотрела в тень деревьев, в глубине души чувствуя, что жаждет попасть туда, но не могла пошевелиться.
Тогда он держал ее в своих руках… Он сделал все, чтобы смягчить удар. Он практически спас ее сознание своим присутствием. А сейчас...
Послышался глухой стук подков о твердую, выжженную дневным солнцем землю.
Тогда он был с ней… В груди все сжалось. Единственный, кому она доверила свою жизнь, единственный, кто стал ее неодолимой стеной, единственный, кто мог помочь ей тогда и сейчас… Единственный… Но его не было. Как она сейчас пойдет туда?
Что-то неуловимо возникло у нее за спиной…
Девушка почувствовала легкое движение в свою сторону, но не смогла повернуть занемевшей головы.
- Сеньора Катрин передает Вам привет и искренние пожелания сил и терпения в Вашем нелегком положении.
- Ну, померяй, – зудела Керолайн.
- Отстань от меня.
- Померяй.
- Не буду.
- Ну, одень хоть на минутку, – трясла фрейлина в руке огненно-красный пеньюар.
- Кери, выкинь это куда-нибудь, чтобы я не видела, – страдальчески произнесла Изабелла и уронила голову в подушку.