Он отломил небольшую веточку и затер ей то место, где лежал, чтобы не вызывать лишнего желания выследить запах у рысей или, не приведи дух ночи, кого-нибудь из числа Отравленных-Лей. Кто это такие, Арди не знал — Эргар не любил рассказывать про Отравленных-Лей.
Спустившись на землю, юный охотник приложил лапу к стволу и произнес слова благодарности и, может ему показалось, но дерево как-то иначе скрипнуло под гнетом нарастающего восточного ветра.
Арди буквально прижался к земле, доверившись зрению и нюху.
Юный охотник нахмурился и замотал головой. Это все остатки наваждения Духа Ночи. Он не знал ни этих слов, ни этих запахов.
— Их четверо, — прошептал Арди выпрямляясь и прячась в густом мраке. — с ищейкой — пятеро. Слишком много для охотничьей группы стаи и слишком мало для переселения.
Эргар, когда наставлял о жизни охотников и добычи, рассказывал, что волки иногда могут переселяться на невероятные расстояния — куда большие, чем любые другие охотники горных троп, лесных разливов или речных и озерных угодий. Но делали это редко и, обычно, вслед за переселением своей добычи.
Но сейчас приходил сезон цветения. А значит — добыча переселялась сюда, а не отсюда.
Юный охотник нахмурился. Ему не нравилось происходящее. Оно противоречило всем законам и правилам, что так усердно приходилось учить в Хижине. Да и следы волков разговаривали странным запахом. Вроде бы в нем все было нормально, но что-то, все же, привлекало внимание и привлекало оно это самое внимание не очень-то приятным образом.
Чем-то напоминая тот случай, когда Арди, по незнанию, решил добыть воду из желтого снега. Эргар еще долго над ним подшучивал, а Ардан все никак не мог избавиться от мерзкого привкуса на кончике языка.
И здесь — то же самое.
— Пожалуй, для первого раза — достаточно, — кивнул своим мыслям Арди. Уроки Эргара прочно въелись в его шкуру. И, как говорил мудрый учитель — « Не можешь? Отступи, подготовься, вернись и закончи начатое».