– Не льсти себе…
– Поехали тогда в кино? Купим билеты в пустой ВИП-зал, усажу тебя к себе на колени и будем сосаться весь сеанс. А потом я приспущу твои трусики и…
– Феликс, ты…
– Ну соври, что не хочешь. Что мои пальцы на твоей коже не заставляют тебя увлажняться и бесстыдно течь… Что ты не мечтаешь узнать, какой я, мать твою, на вкус… Что ты не хочешь попробовать меня везде… А особенно ощутить в своей маленькой горячей дырке, проверить, насколько я большой и твердый…
Парень бесновато оскалился, хватая мою руку и прикладывая её к ширинке на джинсах.
– Железнов… – прикусила губу, ощутив теплоту и мощь его эрегированного члена. Мои ресницы опустились от стыда.
– А вообще, иди к нему! – рявкнул он, резко одергивая мою ладонь. – Иди прямо сейчас!
Наши взгляды увязли друг в друге. Поняла: еще мгновение – и Феликс просто перестанет держать себя в руках, поэтому, избавившись от стальной хватки, спешно вылетела на улицу.
К счастью, входная дверь в общагу оказалась открытой, а вахтерша – милейшая старушка «божий одуванчик» – крепко дремала, не замечая ничего вокруг.
Черт!
Кажется, я впервые в жизни испытывала настолько сильное возбуждение. Соски затвердели, а трусики промокли насквозь. Они впивались между ног, терзая и без того набухший клитор. Остановилась около двери в комнату Андрея и только тогда заставила себя немного перевести дух. Любимый всегда отличался спокойствием и рассудительностью, поэтому мне вдруг стало неловко за все эти грязные фантазии.
– Андрюш? Открой, пожалуйста… – но ответа не последовало. – Андре-е-е-й! – позвала громче, прикладывая больше усилий.
Наконец, за дверью послышался какой-то странный шаркающий звук. Почувствовала настоящее облегчение, когда на пороге в измятой футболке и с заспанным помятым лицом показался любимый.
– Златка? – непонимающе завертел головой он.