Сжал ладонью каменный член, сдавленно зарычав.
Черт!
Он затвердел и пульсировал, а на крупной головке проступило несколько капель смазки. Шумно сглотнул, облокотившись на стеклянную стенку, закрыл глаза и стал медленно водить пальцами по разбухшему стволу.
Несколько часов назад в голове еще жила надежда закончить эту ночь в постели с самой желанной девочкой, которую я когда-либо встречал. Изучить вдоль и поперек её тело, научить произносить моё имя с десятками различных интонаций. Заставить умереть от экстаза, а затем возвратить к жизни вновь.
Да. Бл*ть. Терроризировал своего бойца, представляя Злату в самых откровенных и волнующих позах…
– Золотце-е… – продолжал, как заведенный, натирать каменную эрекцию, ощущая, как сквозь бёдра проходят сотни разрядов тока.
Я уже был на грани. Во всех смыслах. Не верил, что этот недоумок Громов способен доставить златовласке настоящее удовольствие.
Знал – она устала быть хорошей и отчаянно желает, чтобы кто-нибудь испортил её…
Злата
В воскресение я намеренно распланировала свой день так, чтобы как можно дольше не появляться в общаге.
– Привет, – избавляясь от кроссовок, поздоровалась с Кариной, которая лежала на животе и читала журнал.
– Ох, Злата… – подняла на меня голову сокурсница, и по смущенному выражению её смазливого лица стало понятно – что-то не так.
– Я уже восемнадцать лет Злата. Что случилось? – процедила раздраженным тоном.
– Тут такое дело…
– Или ты сразу всё расскажешь или я пошла пить чай к девчонкам с эконома, – осекла блондинку, не желая принимать участие в дешевом спектакле.
– Парни из баскетбольной команды Андрея выложили в соцсеть фотографии с вчерашней вечеринки… – вдруг выпалила Карина, язвительно посмеиваясь.
Тяжело вздохнула, расправляя плечи и готовясь к худшему. К гадалке ходить не надо, чтобы представить содержание этих снимков.
Вопрос лишь в том, насколько всё плохо?
– Дай взглянуть… – лишенным эмоций голосом пробормотала в ответ.
– Да, пожалуйста, – соседка по комнате, не сводя с меня изучающего взгляда, протянула смартфон в красном чехле.
Горло свело от неожиданного спазма, а глаза, должно быть, так округлились, что чуть не вылетели из орбит. Колени перестали держать, и я, как подрубленная, рухнула на кровать.