Разумеется, открывать ему Сечин совсем не собирается. А мне больше всего не нравится то, как он на меня смотрит. Будто бы лев на свой сытный обед. Вот только хищнику придется кормится в другом месте. Объедками!
Откуда-то из глубины квартиры выбежал мальтипу и принялся радостно вилять хвостиком, приветствуя меня. Мои опасения лишь окончательно подтвердились.
Ну и подонок твой хозяин, Куки! Гад с большой буквы. Я бы с превеликим удовольствием с ним поругалась, но после вчерашнего просто боюсь оставаться с ним наедине.
— Сечин, открой чертову дверь! — начинаю терять терпение. — Сейчас же!
Мажору вообще на всё фиолетово. Даже на крики Фёдора о том, что он вызовет полицию.
— Угомонись, Ляля. Ты остаешься. Точка.
И смотрит на меня так жарко, что я вся вспыхиваю до самых кончиков ресниц, а мое глупое сердце слишком быстро начинает биться в грудной клетке. Зарецкая, ты его ненавидишь, помнишь? Помню… кажется… отлично, ненавидим дальше!
— Как это понимать? — с ненавистью сжимаю руки в кулаки.
— А так и понимать, — пожимает он плечами. — Если планируешь и дальше истерить, предлагаю сменить локацию.
— Ты пьяный или обжабанный, Егор? Ты хоть понимаешь, что ведешь себя ненормально?
— Я понимаю, что вёл себя ненормально. Да и ты, к слову, тоже.
— Я?
— Угу.
— Ты бредишь, человек два уха! – окончательно выпадаю я в нерастворимый осадок."
"— Нет, Ляль. Никакого бреда. Я тебя хочу. Ты меня тоже.
— А-а...ну я все поняла, — скривилась я и почесала указательным пальцем лоб.
— Вот и ладушки.
— Я поняла, что ты просто псих, Сечин! – заорала я, окончательно выходя из себя, но этот прибабахнутый лишь развернулся и попер в глубь квартиры, весело насвистывая что-то себе под нос и подзывая Куки.
Ну нет, так просто это ему с рук не сойдет! Я же его достану, сам не обрадуется этим идиотским фокусам. Вы тоже заметили? У него какое-то страшное психологическое расстройство, второй раз уже меня похищает. Да ему лечиться надо!
Но какие бы не были у него наполеоновские планы, всё это направлено на одну цель – довести меня до ручки, унизить ещё больше, чем есть сейчас. Ему показалось мало, да? Надо вишенку на тортик.