Они тоже предпочитали дорогу доблести – тем более что путь был указан дамой сердца. Анна Веронезе одарила их чарующей улыбкой.
Юэн Чин подмигнул Престон.
– Похоже, Энджи, мы в меньшинстве – ты, да я, да Петр… А что скажет наш практикант?
– Я тоже готов, – откликнулся Инанту.
– К чему, юноша?
– Ну это… искать и проверять… Я готов, клянусь Великой Пустотой! Может быть, мне вернуться, старший?
– Нет. У тебя есть задание, его и выполняй, – сказал Юэн Чин. – Я хочу знать, что происходит у ядугар.
Инанту сделал большие глаза.
– А вдруг даскины явятся к нам? Сами, через этот портал?
– Тогда я тебя предупрежу.
Когда практикант отключился, Маевский, задумчиво потирая свой ястребиный нос, промолвил:
– Наш юный коллега высказал дельную мысль: а вдруг они явятся к нам через этот портал? И что мы будем делать, друзья мои?
– Поручим переговоры доктору Миллер, специалисту по даскинам, – предложил Петр Исаев. – Кстати, где она? Случай-то у нас неординарный, могла бы показаться, уважить коллектив…
– Ее кибер сообщает, что она в поле, – сказала Энджела Престон.
* * *Однако Нора Миллер не появилась, и Тревельян это сразу заметил. Энджела сидела между Кафингаром и Юэн Чином, над плечом Юэна виднелось прелестное личико Анны, а рядом с нею – два терукси; слева от этой группы расположились Маевский и Пардини. Физиономия стажера, загримированного под туфан, маячила в левом верхнем углу, лица Петра и Лейлы Исаевых – в правом. Все были здесь, все на месте, кроме доктора Миллер, и о причинах ее отсутствия можно было лишь гадать.
Он вспомнил, что говорили о Миллер супруги Исаевы, и покачал головой. Нет, эти причины – нелепость! Характер у нее нелегкий – можно сказать, отвратительный – но на такую приманку, как артефакт даскинов, она бы клюнула.
Ивар размышлял об этом, слушая Йозефа Маевского. Почтенные годы – а вулканологу было уже за сто – делали Маевского своеобразным рупором миссии; возраст одарил его опытом, спокойствием и той особой силой, что позволяет влиять на коллег человеку, не занимающему каких-либо постов и должностей.