Но вставить ключ в замочную скважину у Яра не вышло ни с первой попытки, ни со второй. А там уж ситуацию взяла в свои руки Лиза. Открыла и, улыбаясь, уставилась на пьяного мужа.
– А что, новоявленный отец тоже так накушался? – усмехнулась она.
– Нет. Ик… Ему Аля не разрешает. Ик. Мы за него… Ик… Обмыли.
Все веселее и веселее… Лиза откинула голову и захохотала в голос. Аля не разрешает. Ну, надо же, как мило.
– Садись. Я тебя разую…
– Я сам! – возмутился Яр, но, не устояв на ногах, осел на шикарную грубо обработанную скамью, специально выполненную под интерьер их дома.
Сев на колени, Лиза сняла с Яра кроссовки, но когда вновь поднялась, тот не дал ей уйти. Уткнулся лбом ей в живот. И долго-долго не отпускал. Хотя и ничего другого не делал.
Конечно, он был рад за своего шефа. Но еще он очень… очень тяжело переживал гибель своего первенца. И хоть с Лизой это случилось уже в четвертый раз, впервые она не чувствовала себя одинокой в своей потере.
Лиза зарылась пальцами в волосы Яра и прошептала:
– Все будет хорошо, любимый.
Глава 23
– Ой, вы только посмотрите, кто к нам пришел!
Лиза усмехнулась, разглядывая новенькую в редакции девочку, которая ее явно боготворила и никак того не могла скрыть. А может, и не пыталась. Высокая, худая как палка, с широкой, слишком широкой для ее узкого лица улыбкой и смешными оттопыренными ушками, она была ужасно милой.
– О, наша звезда! Разрешите потискать… – вскочил из-за стола Стасик.
– Ты чего это? С дуба рухнул? – изумилась Лиза, приобнимая друга одной рукой, а другой продолжая удерживать сына. Любознательный, тот так и норовил схватить все, до чего мог дотянуться. И сунуть в зубастый рот.
– Кто рухнул? Я рухнул? Ты что, не слышала, что тебя номинировали на премию? Дубильет тут индюком ходил, увидела бы – посмеялась. Будто это ему заветную статуэтку дадут. Приставал ко всем. Вы, говорит, это видели? Моя школа! И в грудь себя бил.
– Так уж дадут… – закатила Лиза глаза.
– Ой! Вот только не надо лишней скромности. Ты видела количество прочтений статьи? Нет?
– Давненько уже не заглядывала.
Тут соврала. Смотрела… И по сайту газеты шарилась, вновь и вновь возвращаясь к текстам. Своим. И коллег. Тосковала. Пыталась эту тоску скрыть, но ничего у нее не получалось. Ярослав отлично понимал, что ее тревожит. Он ведь тоже маялся, отлученный от привычной работы.