Кто-то получался неуправляемым и начинал глотать братьев по оружию, кто-то, большой, как башня, имел слабую точку и вследствие несильного пинка падал в обморок, а кто-то, с тысячью когтей и зубов, получался заметно трусоватым и отказывался воевать во время грозы. Всех их тут же выбрасывали за городскую стену как непригодных к строевой службе. Особых развлечений в Черных Дебрях не было, и зверушки тут же начинали старательно размножаться. Дело кончилось тем, что в один прекрасный момент отряд огненных лучников вышел на боевое задание, но дальше леса не ушел.
Убаюканный дробью дождя по крыше Тронной Башни, Зигмунд полулежал на диване и сам себя убеждал в том, что тщательно изучает карту Нижних Земель.
– Я говорил тебе лебедку привязать? Нет, я говорил или нет? – Совершенно мокрый гном стоял на деревянном настиле, грозно размахивая киркой.
– А что я?! Я тут стою специально, чтобы лебедки ваши привязывать? Я вообще плотник! – отвечал с верхнего яруса его коллега, просунув голову в щель между досками.
– Ах, он плотник! И что мне теперь, искать мастера-лебедкопривязывателя? Я тебе сказал привязать ее или нет?!
– Нет! Не говорил!
– Ну хорошо, а догадаться ты мог?
– Молча-а-ать!!! – Зигмунд с грохотом распахнул оконные створки и по пояс высунулся наружу.
Гномы мгновенно замолчали и уставились на правителя.
– Я вам за что деньги плачу?! За то, чтобы вы орали у меня под окном круглые сутки? – Зигмунд был вне себя.