"
"Если честно, то Катя и сама уже сомневалась, стоит ли знакомить отца с «разрушителем семейного счастья». Слишком категорично он был настроен против в прошлый приезд.
— Ты уверен? — чувствуя неловкость, на всякий случай уточнила она.
— Более чем. Иди, я тебя подожду, — перегнувшись, открыл он ей дверцу.
— Спасибо, — поцеловала она его в щеку, опустила ногу на высокую ступеньку джипа и вдруг обернулась: — Ты — удивительный человек, Вадим Ладышев…
— С кем это ты приехала? — хмуро поинтересовался сидевший за кухонным столом отец, едва дочь переступила порог и поздоровалась.
— Друг, — замялась она.
— Если друг, чего в дом не позвала?
— Я звала, но он… постеснялся.
— Зовут хоть как?
— Вадим. Ладышев.
— Это который бывший работодатель? — хмыкнул хозяин, явно пребывавший не в лучшем расположении духа. — Быстро же он стал для тебя другом. В прошлый приезд ты о нем иначе отзывалась.
— За это время многое изменилось. А как вы? Где Арина Ивановна? — сменила тему Катя.
— К соседке пошла. Мясо в духовку поставила, а сама — к соседке: что-то захворала та. Мы тебя часам к шести ждали, не раньше. А чего друг не уезжает? — выглянул в окно отец.
— Меня ждет. Папа, ты извини, но я заехала только поздравить. Подарки привезла, — улыбнулась она, достав из праздничного пакета две красиво упакованные коробки. — Вам под елку.
— То есть как только поздравить? А сама?
— Я буду встречать Новый год в другом месте. Извини.
— …И зачем нам тогда подарки? Что мы, дети малые? — после долгой паузы буркнул отец. — Лучше бы деньги поберегла. Почему раньше не предупредила, что планы изменились?
— Так получилось, папуль, — виновато опустила ресницы дочь. — Неожиданно. У Вадима мать одна, и он всегда встречает с ней Новый год.
— То есть ты встречаешь Новый год с Ладышевым… Это хорошо, что он мать не забывает, — заметил отец и посмотрел на дочь с укором: — Только объясни, с чего это ты решила встречать Новый год с ним? Не успела с одним мужиком развестись, как второго завела? Нехорошо, дочь, — разочарованно покрутил головой отец.
— Мозги мне никто не пудрил, я давно не маленькая, — как можно спокойнее парировала Катя.