На ком проверим?
- Держи жало наготове. Не на своих же. Если бы ты мог лишить памяти сотню кочевников…
- Сотня – много, хозяин. Сил не хватит. Пять-десять. Как дело пойдёт.
Минуты тянулись тягостно. Как только закончили укладывать оборонительный вал, воины и хрымы притихли. Кто-то молился: да спаси нас Моуи, хоть вмешательства скорее можно было ждать от Тенгруна. Остальные молчали. Бобик сосредоточенно грыз копчёную баранью ногу, добытую из запасов какого-то покойника. У людей и собак свои представления о ценности трофеев.
Степняки замкнули кольцо, сперва – редкое, и начали медленно сжимать его. Как только приблизятся на сотню шагов, обрушат град стрел. Как минимум – перебьют или поранят кхаров, выбраться без них к Кираху не получится никак.
Поначалу между всадниками было с десяток метров. Потом пять. Скоро соприкоснутся стременами. Кольцо станет плотным и сплошным.
Сердце стиснуло нехорошее чувство. Вот так глупо помереть, поддавшись на заманухи степного призрака, пусть даже – ростом с дачный домик… Не увижу не только Мюи и родителей, но и своё нерождённое ещё дитя… Замок у них заберут за недоимку налогов…
Замок заберут?! Это было последней каплей.
Я выделил вождя – крупного степняка на крупном же быке, насколько позволял рассмотреть бинокль, по хорошей одежде и блестящему серебром оружию.
- Нираг! Отряди двух воинов со мной. Иду на переговоры.
Он кивнул и отдал приказ. Посмотрел с упрёком: почему даже сейчас не надел кожаные латы с металлическими бляхами или кольчугу, любая шальная стрела пробьёт доху.
Нираг прав. Но от двух сотен кочевников никакая броня не убережёт. Надо, чтоб не стреляли.
Я шёл пешком, оба наёмника слева и справа. Бобик трусил чуть впереди.
Законы переговоров здесь соблюдаются. От степняков отделились четверо, тот самый, примеченный мной, два бугая и старичок. Шествуя к ним, я заметил ещё одну любопытную фигуру. Надо понимать – шамана.
Как отличить шамана от нормальных людей? Ищите неадекватно одетого и ведущего себя как идиот – не ошибётесь.
Встретились. Примерно сотня шагов до наших и столько же до степных монголо-татар. Лица у них соответствующие – плоские, невыразительные. Обветренные, дублёные. Очень неприветливые.
Начал с наезда.
- Нас трое, почему вы вышли вчетвером?
- Кто ты такой, чтоб учить великого… - начал центральный здоровяк, но старик перебил:
- С тобой каросский волкодав, чужак. Он – больше, чем один хороший воин.
Бобик! Тебя приравняли к человеку. Гордись, пока жив.