— Оливия, кто твой отец?
Девушка выглянула из ванной комнаты.
— Я — дочь виконта Де Согне, миледи. Меня продали пять лет назад, потому что моей семье не на что было жить. У нас бы отобрали дом, как когда-то отобрали земли, поэтому им пришлось так поступить.
Камеристка вновь скрылась в ванной, а я сидела ни жива ни мертва. Душа рвалась на части, но в то же время пела от радости. Мы с Оливией почти не были знакомы, я видела ее всего пару раз из окна своей комнаты, когда младший брат моего отца приезжал к нам в гости.
— Ванна готова!
Оливия собрала меня за час, сделала красивую прическу и даже нанесла румяна на щеки. Я никогда не красила лицо, но знала, что девушки из высшего общества очень любят румяниться.
— Вы слишком бледная, но если хотите, я могу стереть!
— Не стоит, все хорошо.
Девушка вывела меня из комнаты и двинулась вперед, я шла следом за ней, не обращая внимания на интерьер дома. Он наверняка был изумительным, судя по моей чудесной спальне, но мне было не до этого. В голове смешались все мысли, а еще я жутко нервничала из-за возможной встречи с семьей Трилгоса. Сомневаюсь, что его родители смогут упустить возможность познакомиться с человечкой, вдруг ставшей драконицей.
— Вы должны зайти одна, — Оливия мягко дала понять, что не стоит стоять вот так напротив входа в столовую уже несколько минут.
Я же собиралась с духом, но мне все же пришлось толкнуть дверь и войти.
Меня уже ждали. За длинным столом во главе восседал отец семейства — Эмре Миран, справа от него его супруга — Инрит, по левую сторону находились и Трилгос с Иадой.
— Доброго дня, господин, госпожа Миран, — я присела в реверансе. Благо Оливия сообщила мне их имена по пути сюда.
— Здравствуй, — в голосе Эмре сквозило любопытство. Его внимательный взгляд испепелил меня, едва я вошла, а вот Инрит не обращала особого внимания — была занята уже полупустой бутылкой вина.
Трилгос едва заметно кивнул мне на место рядом с Иадой, лакей отодвинул стул, и я села за стол. Не зная, куда деть дрожащие руки, стиснула их на коленях, но спину выпрямила, чтобы не выглядеть совсем уж испуганной.