Спорить с ней не было никакого желания, после прошлого раза еще не затянулись рубцы на спине от розги.
Волосы мне собрали в простой пучок и вытащили тонкие пряди по бокам. Я взглянула в свое отражение и впервые залюбовалась. Огромные карие глаза папа называл “глазами олененка”, и он единственный, кто хотя бы раз сделал комплимент моей внешности. Конечно, если это был комплимент.
Я никогда не считала себя красивой, пока не надела это шикарное платье. Сразу почувствовала уверенность, выпрямила спину и расправила плечи.
— Значит, так — молчи, на все вопросы просто кивай, отвечать за тебя буду я. Не приведи Мироздание, ляпнешь что-то не то, позора не оберемся!
— Я читала книги по этикету.
— Читала она! Все, иди, быстро. Покажешься, посидишь полчаса и скажешь, что плохо себя чувствуешь.
— Хорошо.
Я вышла из спальни вслед за мамой, в коридоре было темно — свечи здесь не зажигали, экономили. Мне пришлось сильно приподнять подол платья, чтобы не наступить случайно, и идти мелкими шажками.
— Ты прекрасна, как никогда!
Слова старика подбодрили меня, и в столовую я вошла с чувством собственного превосходства. Подбородок повыше, походка от бедра, легкая полуулыбка на пухлых губах и…
Я застыла, едва увидев тех, из-за кого провела в покоях целый день.
Драконы.
Мечтала ли я когда-то увидеть хоть одного из них? Безусловно! Верила ли в то, что это возможно? Конечно, нет.
Старший и младший лорды Дралаеса полностью оправдывали миф: “Человеческие ипостаси драконов обладают изумительной внешностью.” И это была правда.
— Наша младшая — Амели Де Согне, Ваше Сиятельство, — мама представила меня и поспешила сесть рядом со своим мужем.
Старший лорд поднялся с места, окинул меня внимательным взглядом и повернулся к сыну.
— Эрган, поприветствуй миледи как положено.
Я внутренне сжалась, когда Эрган двинулся в мою сторону. Мужчина… он уже был мужчиной, не юношей, обладал притягательной внешностью и не менее притягательной энергетикой. Внутри меня что-то всколыхнулось, забурлило, закипело и резко стихло.
Эрган остановился напротив меня, низко поклонился, и мне стало не хватать воздуха.