— А вы всех своих сотрудниц водите в спальню?
Он на мгновение замирает, прежде чем стянуть с себя рубашку.
— Нет. Только тебя, Лера.
Я удивленно моргаю, мои щеки быстро краснеют. Я не знаю, куда смотреть, когда он стоит передо мной полуголый, в одних только брюках. Понимает ли он, что делает со мной?
— Я… все хорошо. Лена не очень разговорчивая, и я не уверена, что нравлюсь ей. Она не выглядела счастливой, увидев меня, и я не могу сказать, как идут дела в школе, потому что она мне ничего не рассказывает.
Он кивает и проводит рукой по волосам, приводя их в беспорядок. Это напоминает мне о том, как я схватила его за волосы, как его губы прижались к моей шее, и я заставляю себя отвести взгляд. Два года, а воспоминания все такие же яркие. Я вздыхаю с облегчением, когда он натягивает футболку. Ненавижу, что он все еще кажется мне слишком привлекательным.
— Раньше она была такой же жизнерадостной, как Коля. Если честно, из них двоих он был более тихим. Я волнуюсь за нее, но не знаю, что делать.
Я качаю головой.
— Няня не может заменить мать, Сергей Витальевич.
— Не называй меня так, когда мы дома.
— Тогда как бы вы хотели, чтобы я вас называла?
— Сергей или Фома. Решай сама.
Я смотрю на свои туфли и поджимаю губы. Он заставляет меня сомневаться в собственных убеждениях каждый раз, когда я его вижу.
— Я не могу. У нас в фирме строгое правило — никакой фамильярности.
Он скрещивает руки на груди, демонстрируя свои бицепсы, и я заставляю себя смотреть ему в глаза.
— Я делаю это обязательным условием, — говорит он, его голос суров.
Я вздыхаю и убираю прядь волос за ухо.
— Сергей Витальевич, — говорю я, изо всех сил стараясь оставаться профессиональной. — Я здесь не для того, чтобы общаться с вами. Я здесь в качестве няни ваших детей, потому что искренне верю, что могу изменить ситуацию к лучшему, когда речь идет о них. Мне неинтересно с вами спорить, и я не хочу вести себя слишком фамильярно.
Он скрипит зубами и пристально смотрит на меня.
— Смею предположить, что у тебя нет возможности познакомиться со мной поближе, Валерия. Ты умоляла меня о большем, а теперь не можешь называть меня просто по имени? Давай не будем притворяться, что ничего не было.
От удивления у меня открывается рот, вспышка гнева на мгновение ослепляет. Я расправляю плечи и лезу в карман.
— Хорошо, Сергей, — говорю я, протягивая ему телефон.