Он молчит, пока мы идем к его кабинету, и не произносит ни слова, когда открывает передо мной дверь. Я вхожу внутрь на трясущихся ногах, сердце колотится.
Дверь закрывается за нами, и я напрягаюсь. Я не сделала ничего плохого, но чувствую себя так, будто сильно накосячила.
Я наблюдаю за ним, пока он обходит свой стол и достает пачку влажных салфеток.
— Иди сюда, — почти рычит он, и я вскакиваю. — Быстро, Лера.
Я делаю, как он говорит, и Фома нежно берет меня за руку, вытирая каждый сантиметр кожи.
— Что… что ты делаешь? — шепчу я.
— Избавляюсь от всех его следов.
— Это что еще за фокусы? Саша — всего лишь друг.
— Друзья не держатся за руки так, как вы с ним. Скажи мне, Лера. Ты с ним встречаешься?
Он смотрит на меня, все его тело напряжено. Я до сих пор помню этот огонь в его глазах. Два года назад он смотрел на меня с такой же страстью. Взгляд Фомы опускается к моим губам и задерживается на них, прежде чем я полностью осознаю происходящее.
Я отдергиваю руку, и разум наконец берет верх.
— Это, откровенно говоря, не твое дело, к кому я прикасаюсь.
Он смотрит на меня с таким страдальческим выражением лица, что у меня начинает болеть сердце.
— Не нужно с ним связываться, — говорит он, его голос мягкий. — Пожалуйста.
Мои глаза расширяются, когда он делает шаг в сторону и поворачивается, проводя рукой по волосам. Я не видела его таким уязвимым с тех пор, как он вернулся в мою жизнь.
Два года я гадала, думал ли он обо мне, жалел ли, что ушел от меня.
Теперь у меня есть ответы.
И я ничего не могу с ними поделать.
Глава 20
Лера
Сердце бьется в каком-то бешеном темпе, когда я паркуюсь у своего дома. Арина сказала, что придет к нам в гости сегодня вечером, и это будет первый раз, когда я увижу ее с тех пор, как она уехала в медовый месяц. Она знает, как я расстроилась, когда Фома дал мне неправильный номер, а я никогда раньше не лгала ей и ничего от нее не скрывала. Как мне сказать ей, что человек, из-за которого у меня было разбито сердце, — ее старший брат, пусть и сводный?
Я нервничаю, когда захожу домой, и пытаюсь скрыть это, но Аня бросает на меня обеспокоенный взгляд, и ее волнение только усиливается, когда я пытаюсь заставить себя улыбнуться.
— Ты уже тут! — говорю я, улыбаясь Арине, сидящей в гостиной.
Она вскакивает с дивана и бросается ко мне, сжимая так крепко, что почти отрывает меня от пола.