Вооружённый до зубов кортеж останавливается у ворот роскошного загородного особняка, находящегося на вершине холма.
Удивительно, что тут нет рва с крокодилами, потому что все прочие атрибуты средневековой крепости в наличии: башни с постами охраны, высокий каменный забор и куча вооружённых людей.
Наверное, всё это могло бы меня удивить, если бы я не росла всю свою жизнь в похожей обстановке. Что скрывать — мой отец тоже преступник. Во всяком случае так о нём говорили в зале суда. И по телевизору тоже. Но несмотря на все обвинения, мне до сих пор не верится.
С детства я купалась в роскоши и достатке. Была его любимой дочуркой, любые мои капризы исполнялись по щелчку пальцев. Но однажды… однажды вся моя жизнь рухнула.
Отца посадили в тюрьму, а нас с братом захватил его главный конкурент по бизнесу.
Последнее время я вообще предпочитаю не вспоминать прошлую жизнь. Слишком это больно. Вот так в один день я потеряла всё: любимую семью, деньги, и даже того человека, за которого я должна была выйти замуж…
Машины останавливаются, и мужчины выходят.
— Леван, — от его негромкого властного голоса внутри меня всё сжимается. — Займись ей.
Палач кивает в мою сторону одному из своих людей, а меня не удостаивает и взглядом. Потом он выходит, оставляя меня одну в машине.
Через пару секунд дверь рядом со мной открывается, и высокий мужчина грубо хватает за локоть. Этот человек старше Палача лет на десять как минимум, но исполняет его приказы так же беспрекословно, как и другие подчинённые.
Леван выволакивает меня из машины и быстро тащит по направлению к дому. Но не к центральному входу, а куда-то в сторону.
Я еле успеваю перебирать ногами. Огромные тонкие шпильки утопают в ещё не просохшей от дождя почве, когда мы сворачиваем с главной дороги.
Искоса наблюдаю за мужчиной, что с весьма недовольным видом продолжает идти вперёд, увлекая меня за собой. Досадует, что его заставили возиться с девчонкой? Или, быть может, он всегда такой хмурый…
Мы подходим к пристройке, мужчина стучит, и перед нами открывается дверь.
— Вот, держи, — он толкает меня немного вперёд.
— Это что? — меня одаривает оценивающим взглядом немолодая женщина.
— У босса новая игрушка, — он презрительно сплёвывает на землю. — Сказал позаботиться о ней.
Когда я оказываюсь в помещении, глаза не сразу привыкают к темноте. На улице уже вечер, а в комнате лишь горит лишь небольшой торшер.
Дверь за мужчиной захлопывается и мы с женщиной остаёмся один.