Ко всему прочему, я чувствую себя максимально неуверенно именно сейчас, демонстрируя некоторые привязанности, привычки, показывая уязвимость и доступность. Но с другой стороны, я не показываю ничего такого, чего бы он не знал обо мне. То, каким жарким может быть петтинг на грани, как мне нравится с ним целоваться и трогать в ответ… Он все это знает и так, впитывает мои оргазмы, сияя от удовольствия.
— Сегодня ты не получишь удовольствия.
— Может быть, получу. Без тебя, — бросаю вызов.
— Хотела бы, давно помастурбировала, и все на этом.
— Ты нарочно говоришь… гадости.
— Ни одной гадости не сказал! Что здесь гадкого?
— А ты…. Ты, в свою очередь, хочешь, чтобы я поражение признала, хочешь, чтобы сходила по тебе с ума!
— Я уже выиграл.
— Трахни меня, — прошу шепотом.
Очередной бокал со спиртным замирает у рта Назара.
— Кажется, сегодня у меня слуховые галлюцинации.
— Трахни меня, — повторяю чуть громче.
Назар молчит, его темные глаза блуждают по моему лицу, рыскают по телу, как голодные дикие звери.
Губы трогает усмешкой.
— Теперь с другой интонацией, крошка, — улыбается. — Попроси. Попроси хорошенько!
Я вскакиваю, разозлившись.
С этим придурком невозможно иметь дело. Ни говорить, ни обсуждать сложные темы, ни даже удовольствие получить!
— Я не… Я не голодающая нищенка, чтобы выклянчивать твою сосиску!
Со злости хватаю тяжелую бутылку спиртного и швыряю ее в стену и бегу к себе!
Назар догоняет меня уже в коридоре, дергает на себя и вжимает в стену, шипя:
— Между гордостью и гордыней есть большая разница.
— Отпусти!
— Нет, ты все-таки получишь то, за чем пришла! — толкает меня в спальню.
— Я уже не хочу! — вырываюсь из его захвата, швырнув в негодяя вазу с цветами."
"Он сам мне их подарил! Пусть теперь забирает и проваливает прямиком в ад.… Сама заботушка со мной в эти дни.
— Ты пришла ко мне за сексом. Ты его хочешь!
— Хотела! — кричу, топнув ногой. — Хотела, пока не увидела, что ты.