И вообще, не надо недооценивать школьников.
— Ну вот, наш лайнер, — заявил Марат, гордо выпятив грудь на фоне какой-то рыбацкой шхуны.
— А Рома катал нас на яхте побольше, — со скепсисом выдала Арина, снимая эту хлипкую посудину со всех ракурсов.
— Ну так, — скромно вставил я, — у меня и девушек было на яхте побольше…
Хомяк злобно зыркнул в мою сторону — мол, не отбирай мой триумф. Да было бы что тут отбирать.
— Начинаем следственный эксперимент, — важно сообщила госпожа прокурор, поднимаясь с камерой по скрипящему мостику, явно уже и сама не зная, что снимает: фильм или вещественные доказательства его мужской несостоятельности.
— Ариш, — покачиваясь так, что мне приходилось придерживать ее за талию, потопала следом Полина, — может, хоть здесь отложишь камеру?
— И пропустить все самое интересное? — отозвалась та.
Это что, например? Наше крушение?.. Первое, что я отметил, ступив на борт, что, даже не отчалив от берега, мы уже качались так, будто попали в шторм.
— Точно справишься? — спросил я чуть позеленевшего капитана.
— Даже не надейся, — процедил тот. — Это моя яхта!
— Оно и заметно, что твоя. Я б такую в жизни не снял…
— Ну что, капитан? — втиснулась между нами Полина, буквально сиськами спасая его от меня. — Все на борту! Когда отплываем?
— Да сейчас, — хомяк тут же распушил хвост, — спину немного потянул. Разомнусь — и поплывем!
— Бедный, — посочувствовала одна глупышка и под пристальным оком камеры стала разминать его крестец.
Где ж ты ее, бедный, потянул — когда за макаронами тянулся?
— Ну так если потянул, — резонно заметил я, — может, вообще не стоит?
— Справлюсь! — буркнул он.
Некоторое время мы наблюдали, как бравый капитан делал растяжку около мачты, а после стал вяло отвязывать канат — с таким видом, словно делал это впервые в жизни.
— Ромк, может, поможешь? — тихо спросила почти с жалостью наблюдавшая за этим Полина.
— Справится, — отозвался я. Пусть сам покажет, какой он мужик.
Пока этот мужик с тягостным сопением возился с морскими узлами, поднялся порывистый ветер, с легкостью задравший юбку нашего режиссера. Вскрикнув, Арина оставила одну руку на камере, а другой — стиснула подол. Затем ее примеру последовала и сестра, чьи сочные ножки ветер тоже с удовольствием погладил. Отдыхающие стали помаленьку расходиться с пляжа, а со стороны моря потянулись темные облака, делающие картинку все более апокалиптичной.